WWW.KN.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Различные ресурсы
 

«Чудо исповеди. Непридуманные рассказы «Данилов мужской монастырь» Чудо исповеди. Непридуманные рассказы / «Данилов мужской монастырь», 2001 ISBN 978-5-457-42223-0 Книга содержит рассказы о ...»

Чудо исповеди.

Непридуманные рассказы

«Данилов мужской монастырь»

Чудо исповеди. Непридуманные рассказы / «Данилов мужской

монастырь», 2001

ISBN 978-5-457-42223-0

Книга содержит рассказы о том чудесном воздействии, которое оказывает

исповедь на душу кающегося, советы опытных духовных руководителей,

напоминание о том, на что надо обратить внимание при подготовке к исповеди.

Составлена из воспоминаний православных христиан.

ISBN 978-5-457-42223-0, 2001 © Данилов мужской монастырь, 2001 Г. А. Пыльнева. «Чудо исповеди. Непридуманные рассказы»

Содержание От Издательства 5 Будь счастливым! 6 Сокрушение… старца 7 Протянуть руку Богу 8 Слово перед исповедью 9 У отца Иоанна Кронштадтского 10 Исповедь способна творить чудеса 12 Пути Господни 13 Дверь покаяния 16 «Не прощу никогда…» 17 Конец ознакомительного фрагмента. 18 Г. А. Пыльнева. «Чудо исповеди. Непридуманные рассказы»

Составитель – Г.А. Пыльнева Чудо исповеди. Непридуманные рассказы о Таинстве покаяния От Издательства Сейчас появилось немало книг, цель которых – подготовить верующего человека к исповеди, настроить на покаянное чувство. Безусловно, книги эти приносят огромную пользу, и их надо изучать каждому православному.

Но тайна подлинного покаяния не исчерпывается знанием соответствующей литературы и сухим перечислением своих грехов. Она, эта тайна, совершается глубоко в сердце кающегося и зависит не только от его душевного расположения, но и от Бога милующего.



И огромную роль в совершении Таинства исповеди играет свидетель, посредник, поставленный волею Божией между Богом и кающимся человеком, – священник. Бывают исповеди, которые, благодаря чуткому, глубокому и сердечному отношению священника к своему грешному чаду, буквально перерождают все существо человека, изменяют самый строй его жизни.

Именно о таких священниках и таких исповедях – воспоминания православных верующих, собранные в этой книге.

Г. А. Пыльнева. «Чудо исповеди. Непридуманные рассказы»

Будь счастливым!

…Шел мне тогда… десятый год. Я не застал служения великого отца Алексия Мечева, его сына отца Сергия, бывшего в 1930 году в ссылке. Но исповедь в мечевском храме запомнил на всю жизнь. И сейчас вижу добрые карие глаза, сердечный и теплый голос отцаБориса (Холчева), тогда священника, принявшего обет безбрачия, а впоследствии старца-архимандрита. Необычайно интересна была исповедь, доходчивая до ребенка и в то же время философская и душевно теплая, индивидуальная. Мне казалось, что когда отец Борис склонился ко мне и на аналой упали его черные густые волосы, я почувствовал, что я уже взрослый и могу все понять.

– Всю жизнь, – сказал о. Борис, указав на Евангелие, – помни, что в этой книге есть все, что нужно твоей душе. Ты всегда получишь утешение, ты будешь вместе с Самим Христом. Молись, и Он всегда поможет тебе. Ведь ты знаешь, что Христос – не просто «добрый Боженька». Он может и указать, и наказать, но всегда на пользу, всегда во благо.

Я стоял завороженный.

– Помни, что Христос и Отец и Друг тебе, Он и Бог и Человек одновременно, знаешь ли ты это?

– Знаю, – отвечал я.

– Помни и читай Евангелие всю жизнь, не имей в сердце злобы. Ни к кому. Будь счастливым… Воспоминания А.Б. Свенцицкого.

«Московский журнал». 1995 г. № 8 Г. А. Пыльнева. «Чудо исповеди. Непридуманные рассказы»

Сокрушение… старца …Одна женщина, приехавшая издалека (в Глинскую пустынь), просила отца Андроника ее по-исповедовать. Что она говорила ему, это тайна исповеди, но только после всего услышанного он стал плакать, приговаривая: «Как же ты могла так оскорбить Господа?!»





Его сокрушение о ее грехах, которые, возможно, тяготили ее, но в которых она, вероятно, не умела еще как следует покаяться, так поразило ее, что она, отойдя от аналоя, сказала вслух:

«Приеду домой, перезимую, Бог даст, а весной телку продам, чтобы сюда еще раз попасть».

«Глинская мозаики». М., 1997 Г. А. Пыльнева. «Чудо исповеди. Непридуманные рассказы»

Протянуть руку Богу Никогда не забуду моей первой исповеди у отца Кирика. Он был афонский старец, проведший всю жизнь в молитве и подвигах. Когда я вошла в комнату, где он исповедовал, он из ее глубины протянул ко мне руки со словами: «Гряди, гряди, голубица». Он был совсем седой, с ясными, прозрачными голубыми глазами. От его слов, от его ласки, от его детски чистого взгляда я стала сразу плакать. Я знаю, что слезы на исповеди – это посылаемая Богом благодать. Они несут покаяние, они открывают нам забытые грехи. Первым вопросом отца Кири-ка было: «Часто ли он мучит вас?» Сначала я не поняла, кто это он. Отец Кирик спохватился и стал говорить: «Да, да, вы не понимаете, конечно, я забыл, что здесь, в миру, он оставляет вас в покое, он и так здесь всем вертит, ему незачем открывать своего лица.

Уповайте на Господа, и Он не оставит вас. Господь – как любящий отец. Помните это всегда.

Протяните Богу руку, чтобы Он вел вас, и тогда все в вашей жизни будет хорошо».

Я слушала его и плакала благодарными слезами. Когда даешь руку Богу, то живешь в другом плане, идешь не по земле, а чуть-чуть повыше. Тогда каждый день нов и прекрасен, тогда нет серых будней, скучных ненужных людей, тогда на исповеди видишь свои грехи и даются слезы, чтобы оплакать их. Тогда сердце открыто для Божьей благодати.

Из «Хроники семьи Зерновых»

Г. А. Пыльнева. «Чудо исповеди. Непридуманные рассказы»

Слово перед исповедью Отец Иларион, настоятель обители Преподобного Саввы Вишерского, исповедуя кающегося, всегда начинал с того, что обвинял самого себя. «Поверь мне, – говорил он, – если я не совершил подобного же греха, то только потому, что Господь, по милосердию Своему, отклонил от меня случай совершить его. Если я не поддался тому или другому искушению, то только потому, что Господь, считая меня слишком слабым, не позволил демону искушать меня. Итак, не бойся открывать передо мной свою душу и не стыдись меня: я грешнее, каков бы ни был совершенный тобой грех».

Относясь так снисходительно к поступкам, вызванным незнанием или необдуманностью, он был строг и даже неумолим к тому, что основывалось на порочных наклонностях, на уклонении от принципов или умышленно поощряемом недостатке. В таких случаях, находя необходимость в наказании, он никого не прощал. Он даже увеличивал стыд и раскаяние виновного тем, что брал на себя часть той епитимии, которую, как пастырь, обязан был наложить на него. И все знали, что он сдержит свое обещание, что ни одно слово, ни одна угроза не пройдут бесследно.

«Афонский подвижник». СПб., 1898 Г. А. Пыльнева. «Чудо исповеди. Непридуманные рассказы»

У отца Иоанна Кронштадтского Молодой барин (Сергей Александрович Нилус) вспоминал о своей поездке в Кронштадт к батюшке Иоанну.

«Домой я вернулся уже совсем больной, с потрясающим ознобом и жаром, от которого голова, казалось, кололась надвое. По самой заурядной человеческой логике надо было лечь в постель и послать за доктором, что я, вероятно, и сделал бы, но какая-то сила выше недуга, выше всякой логики в лютый мороз увлекла меня в тот вечер в Кронштадт. Я сознавал, что поступаю неразумно, может быть, даже гублю себя, и тем не менее, пригрози мне в то время кто-нибудь смертью за мое неразумие, я бы, кажется, пошел и на самую смерть. В вагоне ораниенбаумского поезда, сидя у раскаленной чуть не докрасна печки, я дрожал в своем пальто с поднятым воротником, точно в лютом морозе, на сквозном ветру; но уверенность, откуда-то взявшаяся, что со мной не приключится ничего дурного, что я, вопреки кажущемуся безумию моего путешествия, буду здоров, не покидала меня ни на минуту.

Однако мне становилось все хуже и хуже. Кое-как, скорее при помощи мимики, чем слов, нанял я на Ораниенбаумском вокзале кибитку в одну лошадь и, как был в легком пальто, пустился в 12-верстный путь в 18-градусный мороз по открытому всем ветрам ледяному взморью в Кронштадт, мигавший вдали в ночной темноте ярким электрическим светом своего маяка. Везти я себя велел в Дом трудолюбия. Пустынны были улицы Кронштадта, когда по их ухабам колотилось мое бедное больное тело, но чем ближе я подъезжал к Андреевскому собору, тем оживленнее становился город, а уже у самого собора меня встретила людская волна не в одну тысячу человек, молчаливо и торжественно разливавшаяся по всем смежным собору улицам и переулкам.

– От исповеди, от батюшки все идут! – проговорил мой возница, снимая шапку и истово троекратно крестясь на открытые двери храма.

В Доме трудолюбия мне пришлось подняться на четвертый этаж, в квартиру рекомендованного мне псаломщика.

Не прошло и часа с прихода из собора псаломщика, как снизу прибежала запыхавшись одна из служащих: “Батюшка приехал!” Мы с псаломщиком в один миг были уже в нижнем этаже.

– Отчего дверь не отперта? Отпирай скорее! – раздался властный голос… и быстрой энергичной походкой вошел батюшка. Одним взглядом отец Иоанн окинул меня… и что это был за взгляд! Пронзительный, прозревший, пронизавший, как молния, и все мое прошедшее, и язвы моего настоящего, проникавший, казалось, даже в самое мое будущее! Таким я себе показался обнаженным, так мне стало за себя, за свою наготу стыдно…

– Вот, батюшка, господин из Орловской губернии приехал к вам посоветоваться, да захворал и потерял голос…

– Как же это ты голос потерял? Простудился, что ли?

Я не мог в ответ издать ни звука: горло совсем перехватило. Беспомощный, растерянный, я только взглянул на батюшку с отчаянием. О. Иоанн дал мне поцеловать крест, положил его на аналой, а сам двумя пальцами правой руки провел три раза за воротом рубашки по моему горлу. Меня вмиг оставила лихорадка, и мой голос вернулся ко мне сразу свежее и чище обыкновенного… Трудно словами передать, что совершилось тут в моей душе!..

Более получаса, стоя на коленях, я, припав к ногам желанного утешителя, говорил ему о своих скорбях, открывая ему всю свою грешную душу, и приносил покаяние во всем, что тяжелым камнем лежало на моем сердце.

Г. А. Пыльнева. «Чудо исповеди. Непридуманные рассказы»

Впервые я воспринял всей своей душой сладость этого покаяния, впервые всем сердцем почувствовал, что Бог, именно Сам Бог, устами пастыря, Им облагодатствованного, ниспослал мне Свое прощение, когда мне сказал о. Иоанн:

– У Бога милости много – Бог простит.

Какая это была несказанная радость, каким священным трепетом исполнилась душа моя при этих любвеобильных, всепрощающих словах! Не умом я понял совершившееся, а принял его всем существом своим, всем своим таинственным духовным обновлением. Та вера, которая так упорно не давалась моей душе, только после этой моей сердечной исповеди у о. Иоанна занялась во мне ярким пламенем. Я сознал себя и верующим, и православным».

С. Нилус. «Великое в малом»

Г. А. Пыльнева. «Чудо исповеди. Непридуманные рассказы»

Исповедь способна творить чудеса Александр Сергеевич Кузнецов, ставший в 1938 году монахом Антонием в обители Прп. Саввы Освященного, рос и воспитывался в своем имении под Нижним Новгородом в очень культурной среде. Революция вынудила его с матерью (отец раньше умер) через Кавказ перебраться в Константинополь. Здесь началось их духовное перерождение (интеллигенция наша в своем большинстве была далека от Церкви). Вот как пишет некий И.Е. об о.

Антонии в журнале «Вечное» за 1965 год, посвященном целиком о.

Антонию, в публикации «Монах Антоний Савваит»:

«В Константинополе они дошли до полной нищеты, так что иногда даже питались подаянием. Они не раз попадали в почти безвыходное и опасное положение. Было несколько случаев, когда они как бы нечаянно призывали Господа на помощь, а Господь как будто этого и ждал. Он сразу же, творя почти явное чудо, их от беды избавлял. Вот тут-то они и начинали понимать, что такое Промысл Божий, пекущийся о всяком человеке. Так началось духовное прозрение… Однако не дремал враг рода человеческого. Он сразу же попытался совратить их с пути истины через всяких вольнодумцев, называвших себя христианами, которыми изобиловала тогда наша эмиграция в Константинополе, начиная от теософов и кончая всякими самостоятельными лжеучителями. Расстроенный умом и душой, Александр Сергеевич страстно увлекался всеми этими мнимыми источниками истины, и хотя Святое Евангелие и Апостол он знал почти наизусть, от Православия был далек.

Подобно другим вольнодумцам, он начал проповедовать и учить других тому, чего сам не понял. Но так как все это было не от Бога, то вместо душевного мира он получил, наоборот, полное расстройство. Мать же его, также блуждая в поисках истины, не пренебрегла и Церковью и, видя недуг своего сына, решила повести его к батюшке в надежде, что тот скажет им доброе слово или советом поможет. Рассказала батюшке о сыне, а потом привела его. И что же – вместо слов иеромонах просто его крепко обнял и с состраданием сказал: “Ничего, ничего – все пройдет”. И в этот момент благодать Божия хлынула в душу А.С. Без проповеди, без объяснений он понял, что истина – в Православии, понял раз и навсегда. Кстати, иеромонах этот ни до, ни после этого случая никаких “сверхъестественных вещей” не творил».

В дальнейшем А.С. и его матери удалось перебраться в Святую Землю, где он поступил в 1925 году в Лавру Прп. Саввы Освященного, а его мать – в русский женский монастырь на Елеоне. А что касается краткой исповеди, то действие ее чудесно открыло душу пришедшего в храм А.С. по милости Божией. Ведь Господь хотя бы сомневающихся в своей правоте принимает, а горделиво и упорно ее отстаивающих – нет. И простой, обычный батюшка способствовал этому чуду своим сочувствием мятущейся душе.

Г. А. Пыльнева. «Чудо исповеди. Непридуманные рассказы»

Пути Господни Вера Тимофеевна Верховцева (1862–1940) собиралась исповедоваться и причаститься после долгого перерыва и, молясь Богу, чтобы Он послал ей достойного священника, во сне увидела духовника покойной матери, о котором никогда не вспоминала. В старом молитвеннике матери она нашла забытое имя и постаралась узнать об отце Сергии у хороших знакомых в городе ее детства. Он был жив, служил и был законоучителем в гимназии. Вера Тимофеевна помчалась к нему. Прямо с вокзала – в гимназию. Священник, уже седой старик, услышав, что она дочь Надежды Федоровны и хочет у него исповедоваться, пригласил к себе домой в пять часов. В назначенное время она позвонила. Дверь открыл батюшка и, введя ее в свой кабинет, показал на карточку матери, сказав: «Бог, ваша мать и я – мы вас слушаем!» Взволнованная, она выплакала и высказала всю душу свою.

«То была исповедь всей жизни моей; как на ладони представилась она мне, жалкая, одинокая, какая-то темная… Помню, с какой горячей искренностью обнажала я свою изболевшую, исстрадавшуюся душу пред темным ликом Христа, глядевшего на меня из угла… и ничего, в сущности, кроме этого взора, я не видела. Когда я окончила свою исповедь и обернулась в сторону священника, сидевшего в кресле спиной к свету, то увидела его спящим со страшным красным лицом, и вся поза его изобличала совершенно пьяного человека… Меня он не слушал, да и ему ли я открывала свою душу? Он был свидетелем, изменившим долгу своему, клятве своей, недостойным слугой невидимого Господа – я же исповедовалась Богу, и слушал меня Бог! Если бы тогда я имела свой теперешний опыт и знание, я бы не смутилась представшим моему взору зрелищем, я бы, вероятно, с колен встала здоровой, оправданной, но тогда… я зашаталась на ногах, и не понимаю, как не сошла с ума от столь неожиданного, так безгранично потрясшего меня впечатления. От резкого моего движения очнулся батюшка и заплетающимся языком велел приехать исповедаться (?) в пять часов утра в церковь к ранней обедне. Не знаю, как одолела мой внутренний хаос благодать Божия, но к пяти утра я уже была в церкви. Войдя в церковь, увидела своего духовника едва державшимся на ногах. Сторожа его поддерживали. Он, видимо, был в полном изнеможении.

Обедню служил другой священник, у которого я и причащалась».

Вера Тимофеевна вернулась в Москву с новой мукой в сердце. «Мысль, что я сама-то не стоила лучшего священника, мне тогда в голову не приходила, к себе я была снисходительна, а к нему требовательна».

После этого здоровье ее пошло на убыль. «Доктора послали за границу, оттуда отправили обратно, находя положение безнадежным», – пишет она. Исцелил Веру Тимофеевну отец Иоанн Кронштадтский, к которому она обратилась по совету близких.

«Вскоре после моего возрождения и знакомства с Батюшкой, как-то неожиданно для меня самой воскресла в памяти фигура немощного священника из Т. “Вот бы свести его с Батюшкой, – пришло мне на ум, – авось и его исцелит Господь за праведные молитвы Своего служителя. Может, только для этого и скрестились на мгновенье наши пути”. Мысли эти все чаще и неотступнее меня преследовали, и я, наконец, решилась написать без всяких обиняков. “Вы свет мира и соль земли, – писала я, – а как-то светите вы? В какой соблазн вводите вашу паству, оскорбляя Бога, пренебрегая интересами вверенного вам стада? Приезжайте непременно, доверьте вашу немощную душу Батюшке о. Иоанну, за его молитвы исцелеете”.

“Не могу обращаться к другим в деле, где сам себе помочь должен”, – ответил он.

Но я не унималась. Внутренний голос убеждал меня настаивать, и я снова написала и назначила даже день приезда, обещая, что служить он будет совместно с Батюшкой, которого уже просила усердно молиться о погибающей его душе. И когда наступил день, мною назначенный для приезда, я впала в безграничное волнение.

Г. А. Пыльнева. «Чудо исповеди. Непридуманные рассказы»

Прошло утро в ожидании тщетном, и я, разочарованная, ушла из дома по делам. Каков же был мой восторг, когда по возвращении узнала от швейцара, что приезжий священник меня ждет. На крыльях радости влетела я в квартиру. Навстречу мне поднялась знакомая фигура отца Сергия, но до того зловещая, мрачная, что от страха сжалось сердце мое.

– Ну вот я приехал, сам не знаю, зачем, – начал он не здороваясь и не благословляя.

– Ну и слава Богу! – воскликнула я. – Сейчас поедем разыскивать отца Иоанна.

– Да нет, не надо, – перебил он меня, – чего спешить, может, и не стоит никого тревожить, и так обойдется дело. А все же странные вещи случились с тех пор, как получил я ваше письмо. Прежде всего, то была первая ночь за 25 лет, что я заснул и не просыпался, а то, и не поверите, какая мука! Проснешься с двух часов ночи – и тянет пить, а я уж как ни грешен, а пьяный не служил, не оскорблял Бога хоть этим… а тут утром трезвый встал, прямо самому себе на удивление. А затем думаю: как же ехать, денег нет даже копейки лишней.

Взмолилась тут жена, говорит: “Достанем!” Нет, говорю, в долги не полезу, а сам рад, что помеха нашлась: да вдруг, откуда ни возьмись, пришли жене деньги после покойного митрополита Московского – 200 рублей; он ей был родственник, отговорки и нет. Смотрю, на счастье, новая помеха – юбилей 200-летний город справляет, меня архиерей как заслуженного протоиерея назначил в сослужение – вот, думаю, и не пустят, опять слава Богу! А все для очистки совести пошел проситься. “Хочу, мол, в Кронштадт ехать, такого-то числа служить буду с о. Иоанном”, – а сам внутри себя посмеиваюсь: “Как же, пустят тебя!” А архиерей-то был почитателем Батюшки. А тут уж и последнее чудо свершилось. “Такого счастья вас лишать, – сказал он, – поезжайте с Богом, да за меня, грешного, вместе с ним помолитесь”. Меня обыкновенно всегда провожают, один я ездить не могу, непременно напьюсь, ну и берегли от сраму-то, а тут некому было провожать, да и дорога стала бы в два раза дороже, вот и пустили меня на волю Божию – и что ж, доехал, хоть бы единую за дорогу-то выпил, но уж дольше, пожалуй, не стерпеть. Я ведь пью много, – понизил он голос до шепота, и лицо его стало ужасным, – мне ведь и бочки мало!

Я почувствовала, как дрожь меня всю охватила…

– Едемте скорее, Бог поможет, я верю, верю, верю, – твердила я в каком-то исступлении и больше всего боялась, чтобы как-нибудь он не отвертелся.

Был ноябрь, на улице гололед: ни в санях, ни на колесах не укрыться, пронзительный холодный ветер продувал насквозь. В легкой кофточке, почти замерзая, я о себе перестала думать, лишь бы удалось его сдать попечению родного Батюшки, лишь бы до него дотащить.

Отец Сергий сидел и упорно молчал, изредка вздыхая, что-то бормоча. “Господи, сподоби узреть достойного слугу Твоего”, – удалось мне расслышать. Молилась я внутренне горячо и пламенно.

По приезде на вокзал я взяла билет для отца Сергия и, имея крайнюю необходимость вернуться домой, страшно боялась, что труд пропадет даром.

Подвела я его к стоявшему на платформе образу и сказала:

– Клянитесь мне высоким достоинством священника, что Вы не убежите, что дождетесь Батюшку, иначе я останусь, рискуя совсем заболеть.

– Даю вам страшную клятву перед лицом Бога, что я не уйду. Я уже поборол в себе желание бежать, ступайте с миром, – сказал он твердо и покойно.

Прошло целых три томительных дня, волнение мое возрастало, мне все мерещилось:

либо он умер, либо убежал, невзирая на клятву. Наконец, на третий день вечером раздался звонок. Мое сердце затрепетало, и я, опередив прислугу, бросилась к входной двери. У ней стоял весь сияющий, лучезарный отец Сергий. Истово помолившись на образ, благословив меня, он глубоко посмотрел мне в глаза: “Если бы я не был священник и протоиерей, поклонился бы я тебе в ноги и целовал бы за то, что ты для меня сделала”… Г. А. Пыльнева. «Чудо исповеди. Непридуманные рассказы»

И рассказал мне, как ехал с Батюшкой в купе, как тот вспомнил, что уже о нем молился.

Картина отбытия поезда, толпа бегущих сзади людей, бросание записок с мольбой помолиться – все это уже с самого начала поразило своей необычайностью впечатление его; он сразу понял и взвесил, какую силу имеет истинный священник Господа Бога и каким он должен быть.

О. Иоанн молчал: молился и дремал. На пароходе он неожиданно взял отца Сергия за руку и повел его к носу парохода. Публика попряталась в каютах, так как необычайной силы ветер бушевал. Палуба была пуста. Отец Сергий, ухватившись за протянутый канат и нахлобучив шапку, едва пробирался за Батюшкой, который шел впереди свободно, без шапки, с развевающимися волосами, в распахнутой шубе. “Ну вот, отец протоиерей, – сказал он, останавливаясь, – Бог, очистительная стихия и я – слушаем тебя”.

Вскоре после этого события отец Сергий заболел гнойным плевритом, и случилось, что в это самое время проезжал отец Иоанн город Т. ко мне в имение. Я просила его усердно навестить болящего.

“Болезнь твоя очистительная, – сказал Батюшка, – ею Господь и немощь твою всю очистит”. И встал отец Сергий после болезни духовно здоровым, прожил после того еще 10 лет, возрастая и укрепляясь духом, и умер, горячо оплаканный безгранично его любившим приходом и семьей».

В.Т. Верховцева. «Воспоминания об о. Иоанне Кронштадтском»

Г. А. Пыльнева. «Чудо исповеди. Непридуманные рассказы»

Дверь покаяния У меня за всю жизнь мою были две особые встречи. Одна такая, что я, ослепленный женщиной, пошел за ней, как вол идет на убой, и извратился путь мой.

Другая же встреча была с девушкой, исполненной кротости. Благовоспитанной душе ее я не знал цены. Я принял эту кроткую девушку как дар от Господа. И понял ужас первой встречи, грех которой никогда бы не коснулся меня, если бы я любил истину и не был бы высокого мнения о себе. Но со мною случилось по слову Писания: придет гордость, придет и посрамление (Притч. 11, 2). Что делать? Как мне выйти из того круга противоречий, в котором я оказался? Я ничего не мог понять и не видел для себя никакой возможности – и начал внутренне метаться. Скорбь и тоска преследовали меня. И когда я достаточно испил всю горечь безысходного своего положения, неожиданно, независимо от моих личных усилий, пришел для меня день искупления (Еф. 4, 30).

Помню, это было 4 февраля 1932 года. Я был в командировке на Урале. Я проснулся рано (было пять часов утра). Тоска от сознания греха своего с новой силой сжала меня.

Находясь в тяжелом душевном состоянии, я взял свою любимую книгу – Евангелие.

Нашел то место, где говорится о чуде исцеления слепорожденного и как Господь Иисус исцелил его и спросил потом: ты веруешь ли в Сына Божия? (Ин. 9, 35). Странное дело, мне показалось, что слова этого вопроса я ясно слышу, и они обращены ко мне. Я задумался, желая дать ответ. И только я задумался, как вдруг… почувствовал присутствие Христа и увидел яркий свет и в этом свете Его проницательный взгляд. И случилось со мной в этот момент что-то не вместимое в слова.

Мне вспомнился грех мой, и вся жизнь моя мне показалась злой и мерзкой. И чувство сильнейшего отвращения к себе охватило меня. И это сознание греховной жизни моей повергло меня в ужас. Тогда я пал пред стоящим около меня Господом и, не смея надеяться, умолял: «Господи, Господи! Я согрешил пред Тобою… спаси меня!» И когда я произнес эти слова, потряслось все мое существо и какая-то сила вошла в меня, и тогда все, что смущало меня и тяготило, ушло куда-то далеко-далеко, так, что стало как небывшее, а в душе зажглась необъятная радость прощения Божия. И стал я благодарить Бога. И вновь и вновь радость озаряла все мое существо. Наконец открылась милостью Божией дверь покаяния.

После этого я встал новым человеком. Пережив все это, я потерял речь, и ничего сначала не мог говорить, и только написал другу своему, с которым Господь благословил меня жить, что Бог дал мне пережить великое прощение грехов и возрождение.

Перемена моего существа была пережита не только внутренне, но и во вне. Я не узнавал самого себя. На службе я стал делать поручаемые мне задания с небывалым для меня успехом, что и было замечено всеми. А радость не уменьшалась в силе своей, все сияла и озаряла мое существо.

Из записок А.Д. Радынского «День искупления». Машинопись Г. А. Пыльнева. «Чудо исповеди. Непридуманные рассказы»

«Не прощу никогда…»

Не простить кому-то, хотя бы одному-единствеииому человеку, живому или уже скончавшемуся, значит НЕ получить прощения себе. Даже при самой подробной и, как кажется, искренней исповеди. Таков непреложный закон. О нем знают все христиане. О нем вспоминают всегда, читая «Отче наш». И все-таки бывают случаи, когда кажется, что кому-то нельзя простить. И тогда происходит то, о чем рассказал как-то владыка Антоний Сурожский.

«Мне сейчас вспомнилась одна женщина, которую я напутствовал 40 лет назад. Она умирала и просила ее причастить. Я сказал, что она должна исповедоваться. Она исповедовалась, и в конце я ее спросил:

– А скажите, не остается ли у вас на кого-нибудь злоба? Есть ли кто-нибудь, кого вы не можете простить?

Г. А. Пыльнева. «Чудо исповеди. Непридуманные рассказы»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам

Похожие работы:

«ПРОЕКТНАЯ ДЕКЛАРАЦИЯ По объекту: 16-и этажный 91 квартирный жилой дом со встроенными офисными помещениями и подземной автостоянкой по адресу: Ростовская область, город Аксай, ул. Мира 1-в Раздел 1. Информация о застройщике 1 )Фирменное наименование – Общество с ограниченной ответственностью "Континент"; ООО "Континент" Генеральный дире...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования "КУБАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ" КУРС ЛЕКЦИЙ ДЛЯ АСПИРАНТОВ по дисциплине...»

«Борис Гурьевич Капустин Критика политической философии: Избранные эссе Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=2874645 Критика политической философии: Избранные эссе. : Территория будущего; Москва; 2010 ISBN 978-5-91129-059-7 Аннотация В книге собраны статьи по актуальным вопросам политической теори...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования "ТЮМЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ" Институт филологии и журналистики Кафе...»

«Жильцов Николай Александрович, кандиЛаптева Тамара Ивановна, заместитель Неверкович Сергей Дмитриевич, член корруководителя дирекции журнала по дат педагогических наук, профессор...»

«Глава первая СУЩНОСТЬ, МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ И ЦЕЛЬ ДОКАЗЫВАНИЯ В СОВЕТСКОМ УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ § 1. Понятие, содержание и основные элементы процессуального доказывания по уголовному делу Для успешного выполнения задач советского уголовного процесса в каждом конкретном случае необходимо точ...»

«Пояснительная записка Программа разработана на основе Федерального компонента государственного образовательного стандарта основного общего образования, а также основной образовательной программы основ...»

«Тимур Алиевич Байтукалов Быстрое изучение иностранного языка от английского до японского Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=303962 Быстрое изучение иностранного языка от английского до японского / Т. А. Байтукал...»








 
2017 www.kn.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.