WWW.KN.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Различные ресурсы
 

«Керри Гринвуд Лететь выше всех Текст предоставлен изд-вом Лететь выше всех: Книжный Клуб «36.6»; Москва; 2006 ISBN 5-98697-046-2 Аннотация ...»

Керри Гринвуд

Лететь выше всех

Текст предоставлен изд-вом

http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=167491

Лететь выше всех: Книжный Клуб «36.6»; Москва; 2006

ISBN 5-98697-046-2

Аннотация

Опасность, тайны и любовь – вот что по

душе великолепной Фрине Фишер, даме-детективу из

Мельбурна. Во второй книге серии мисс Фишер не только

летает на самолетах, выделывая невероятные трюки, но

еще спасает похищенного ребенка, успешно расследует

убийство богатого владельца летной школы и ловит в свои сети очередного возлюбленного. И делает все это с той же стремительностью и сногсшибательной элегантностью, с какой водит свою красную «Испано-Сюизу».

Содержание Глава первая 4 Глава вторая 32 Глава третья 47 Конец ознакомительного фрагмента. 67 Керри Гринвуд Лететь выше всех Моему дорогому и любимому Дэвиду Льюису Джону Грэгу Лететь выше всех, курам на смех, С какой-нибудь девкой – понты.

Заводишь меня только ты!

Коул Портер1 «Заводишь меня только ты»2 Глава первая Зиме подходит грустная ‹сказка›.

Уильям Шекспир «Зимняя сказка»3 Кандида Элис Молдон вела себя как дрянная девчонка. Во-первых, она никому не призналась, что нашла на дороге три пенса. Во-вторых, не предупредила никого из домашних, что собралась на прогулку, – тогда бы ей никто этого не разрешил. В-третьих, с тех пор как у нее выпал зуб, девочке строго-настрого запрещалось есть сладкое.

Акт II, сцена 1. Перевод В. Левика.

Но сознание неправедности собственных поступков никогда не останавливало Кандиду. Она всегда делала то, что хотела. И была готова понести наказание и даже раскаяться. Но позже. Сжимая в руке трехпенсовик, девочка подошла к витрине кондитерского магазина и принялась разглядывать выложенные там сладости. За стеклом, словно египетские сокровища, фотографии которых в газете показывал ей отец, лежали самые разные конфеты, и было их вполне достаточно, чтобы довести до зубной боли весь мир.

Тут были красные и зеленые карамельки в форме зонтиков, и лошадки на палочках. А еще – разноцветные желейные конфеты: мармелад в сахаре, мармеладные младенцы и змейки, леденцы в виде бананов, снежки в кокосовой стружке и кислый горошек.

Его можно было купить аж двадцать четыре горошины за пенни, но на вкус Кандиды он был чересчур кислым. Девочка отказалась от жевательных мармеладок, потому что те слишком прилипучие, от мускусных палочек – те очень крошились, и от мятных конфет

– из-за их резкого вкуса. Она присмотрелась к леденцам, переливавшимся всеми цветами радуги, словно бабушкина стеклянная брошка миллефиоре, и к монпансье в длинных прозрачных трубочках. Полюбовалась на карамельные держатели для колец с настоящими кольцами, на радужные шарики, медовых мишек и шоколадные ириски. Кандида так тяжело дышала, что витрина запотела, и ей пришлось протереть стекло рукавом.

– Чего бы тебе хотелось, душечка? – спросила продавщица.

– Меня зовут Кандида, – сообщила девочка. – У меня есть три пенса. Дайте мне медовых мишек на полпенса, кофейного драже на полпенса, мятных листиков на полпенса, серебряных палочек на полпенса… зонтиков на полпенса и бананов на полпенса.

– Пожалуйста, мисс Кандида, – сказала продавщица, принимая теплую липкую монетку. – Вот ваши конфеты. Только не ешьте все сразу!

Кандида вышла из магазина и направилась к дому.

Она не торопилась: ведь никто не знал, что она ушла.

По дороге она перескакивала с тротуара на мостовую и обратно, что ей строжайше запрещалось.





Вдруг перед ней остановилась машина. Черный автомобиль, похожий на жука и ничуть не похожий на крошечный «Остин» ее отца. Девочка застыла в изумлении.

– Кандида! Вот ты где! Папа послал меня за тобой.

Где же ты была? – Незнакомая женщина распахнула дверцу и протянула девочке руку.

Кандида шагнула вперед, чтобы получше рассмотреть незнакомку. У женщины были желтые волосы и неприятная улыбка.

– Ну же, иди сюда, дорогуша. Мы отвезем тебя домой.

– Я вам не верю, – без обиняков заявила Кандида. – Не верю, что папа послал вас. Я скажу ему, что вы врете. – Она запрыгнула на тротуар и собралась бежать домой. Но тот, кто сидел на заднем сиденье, оказался расторопнее. Сильные руки схватили девочку, и в лицо ей сунули вонючий платок. Мир погрузился в зеленоватую тьму.

Фрина Фишер покорно пила чай в «Клубе путешественников» с госпожой Макнотон. На то у нее были особые причины, которые, хоть и не облегчали тяжести испытания, все же помогали ей прямо держать спину. Нет, чай был отличный. И булочки, и клубничный джем, и сливки, которые, несомненно, получили от довольных коров. Были здесь и птифуры с глазурью ласкающих глаз расцветок, и хрустящее имбирно-коньячное печенье. Цейлонский чай подавали в больших серебряных чайниках и разливали в великолепные фарфоровые китайские чашки.

Единственной мухой в этом угощении была сама госпожа Уильям Макнотон – бледная, павшая духом женщина в сером костюме, который был ей совсем не к лицу. Бесцветные волосы выбивались из-под шпилек. Если изъяны внешности можно было исправить, обратившись к хорошему парикмахеру и кутюрье, то природная слезливость была неукротима. Госпожа Макнотон напоминала Фрине желе, осину и все прочие дрожащие предметы; однако под дрожащей оболочкой скрывался стальной характер. Облик этой женщины свидетельствовал о том, что она долгое время подвергалась насилию: запавшие глаза, нервные движения, привычка вздрагивать от каждого звука. Но со всеми бедами, выпавшими на ее долю, госпожа Макнотон на свой лад справлялась. Даже съежившись, она твердо стояла на своем, умела хранить секреты и наверняка ступила бы на тайную тропу. Сокровенность ее характера и устремлений была почти абсолютной, эта женщина изведала такое, что теперь способна была устоять и под пытками.

И все же Фрина не могла не проникнуться к собеседнице симпатией:

она сама обычно встречала испытания с высоко поднятой головой, действовала решительно и без оглядки.

– Я хотела поговорить с вами о сыне, мисс Фишер, – произнесла госпожа Макнотон, протягивая Фрине чашку чая. – Я тревожусь за него.

– И что же вас беспокоит? – спросила Фрина. Она выплеснула чашку слабенького чая в полоскательницу и налила себе более крепкую заварку. – Вы говорили с ним об этом?

– Нет-нет! – Госпожа Макнотон отпрянула.

Фрина добавила в чай молоко и сахар и задумчиво принялась размешивать напиток. Похоже, выведать у госпожи Макнотон, что, собственно, ее беспокоит, не легче, чем вырвать зуб у строптивого быка.

– Объясните мне, в чем дело, и, возможно, я смогу вам помочь, – проговорила Фрина.

– Я наслышана о ваших талантах, мисс Фишер, – напрямик заявила госпожа Макнотон, – и надеюсь, вы сумеете помочь мне, не поднимая скандала. Леди Роуз весьма высоко о вас отзывалась. Возможно, вы знаете: она в родстве с моей матерью.

– Конечно, – кивнула Фрина, взяла имбирноконьячное печенье и улыбнулась.

У леди Роуз как-то раз пропали изумрудные сережки. Алчный племянник, он же наследник, уверял ее, что их украла горничная, долгие годы служившая в доме верой и правдой, и местный полицейский был с ним полностью согласен. Но леди Роуз отказывалась им верить. Она наняла Фрину, чтобы та нашла сережки, и мисс Фишер с легкостью справилась с этим заданием. Достаточно было просто навести справки в местном ломбарде, куда племянничек пристроил пропажу. Оказалось, что молодой человек совершил неразумное капиталовложение, поставив полученные им проценты на лошадь, принимавшую участие в скачках на ипподроме Флемингтон, но та, увы, не проявила достаточного рвения, вот он и не смог выкупить украшение. Леди Роуз была не слишком щедра в оплате, но зато не поскупилась на отличные рекомендации. А поскольку Фрина не испытывала недостатка в средствах, то осталась вполне довольна сделкой. Леди Роуз сообщила своей ближайшей знакомой, что «Фрина хоть и похожа на лихую девицу: курит сигареты, пьет коктейли и, кажется, даже летает на аэроплане, но у нее есть мозги и здравый смысл, так что на нее можно полностью положиться».

С тех пор как Фрина решила стать детективом, у нее не было недостатка в работе. Она отыскала пропавшего персидского котенка, по которому очень горевал сынишка испанского посла. Несмышленыша привлекли соблазны ближайшей рыбной лавки, где его и заперли. Фрина освободила котенка (после того как бедняга вытерпел три купания кряду) и вернула его страстному обожателю. Мисс Фишер проработала три недели в конторе и проследила, как складской бухгалтер клал в карман выручку, а вину за недостачу сваливал на нерасторопных женщин-служащих. Фрине было особенно приятно вывести этого типчика на чистую воду. Потом она долго вела наблюдение за грубым извергом-мужем и собрала достаточно свидетельств, чтобы его жена смогла получить развод. Оказалось, что синяки и сломанные пальцы несчастной женщины не могут служить достаточным доказательством, потребовалось подтвердить еще и супружескую измену. Фрина никогда не робела перед необходимостью слегка подтасовать факты, она без труда нашла подходящую кандидатку среди знакомых девушек-работниц и, не скупясь, заплатила фотографу из собственного кармана. Муж был извещен, что получит негативы в обмен на свидетельство о разводе, и все диву давались, что такой твердый и непреклонный упрямец прошел все перипетии развода, как послушный ягненок. Его бывшая жена получила приличное обеспечение и, по слухам, была очень счастлива.

В результате всех этих свершений у Фрины от клиентов отбоя не было, так что скучать не приходилось.

Она решила, что нашла свою стезю. Леди Роуз описала Фрину так: «Маленькая худенькая девушка с черными волосами и короткой круглой стрижкой – мне говорили, что она называется «боб», – дерзкими серо-зелеными глазами и фарфоровой кожей. Ну прямо статуэточка». Фрина не могла не признать верность этого портрета.

Для беседы с госпожой Макнотон Фрина выбрала бежевое платье мужского кроя (которое, как ей казалось, делало ее похожей на тюремную надзирательницу), темно-серые туфли, чулки в тон и фетровую шляпку клоше пепельно-розового цвета.

Фрина никак не могла продвинуться в разговоре с госпожой Макнотон: та безумствовала во время телефонного разговора, а теперь никак не могла подступиться к делу.

Фрина ела печенье и ждала. Госпожа Макнотон (которая почему-то не предложила называть ее по имени

– Фрида) отхлебнула водянистого чаю из своей чашки и наконец призналась в том, что ее так тревожило:

– Я боюсь, что сын хочет убить моего мужа!

Фрина чуть не поперхнулась печеньем. Такого она не ожидала!

– Почему вы так решили? – невозмутимо поинтересовалась она.

Госпожа Макнотон порылась в своей большой сумке для рукоделия, которая покоилась на диване рядом с ней, и протянула Фрине смятое письмо. Один край был опален – похоже, его вытащили из огня. Фрина осторожно развернула хрупкую бумагу.

– «Если папаша не явится на вечеринку, все кончено, – прочла она вслух. – Мне придется убрать его.

Во всяком случае я намереваюсь поговорить с ним об этом сегодня вечером, поэтому пожелай мне удачи, детка».

Подпись гласила: «Вечно твой Билл».

– Вот видите, – прошептала госпожа Макнотон. – Он задумал убить Уильяма. Что же мне делать?

– Где вы это нашли? – спросила Фрина. – В камине?

– Да. Какая вы догадливая, мисс Фишер! Моя служанка обнаружила письмо утром, когда убирала комнату: это копия, сделанная под копирку. Билл такой деловой, он всегда делает копии своих писем. Сын договорился встретиться с Уильямом в его кабинете сегодня вечером, хочет поговорить о своем новом рискованном предприятии. Я, – тут голос госпожи Макнотон задрожал, – просто не знаю, что делать!

– Но «убрать» может иметь самый разный смысл и не обязательно означает убийство, госпожа Макнотон. А что это за предприятие?

– Что-то связанное с аэропланами. Билл пилот;

знаете, он выиграл много соревнований и все такое.

Я, как мать, конечно, вся издергалась из-за этих его полетов. Самолеты такие ненадежные, как они могут держаться в небе? Просто не верится, ведь они тяжелее воздуха! У Билла летная школа в Эссендоне, мисс Фишер, он учит летать. Теперь ему понадобились деньги Уильяма для нового дела.

– Какого? – поинтересовалась Фрина. Она обожала самолеты.

– Они задумали перелететь через Южный полюс.

Северный полюс уже дело прошлое. «Никто не пробовал пролететь там, – объяснял он мне. – Земля – сплошная ледяная пустыня, ничего интересного, а вот в воздухе мы можем преодолевать несколько километров в минуту». Сын хотел, чтобы Уильям вложил деньги в эту затею.

– А ваш муж не согласился?

– Нет. Они постоянно ссорятся из-за денег. Уильям выделил капитал для организации летной школы, но та не больно процветает. Муж настоял, что сам станет председателем совета директоров компании, и потребовал, чтобы ему ежемесячно представляли подробный финансовый отчет. Потом он вызвал к себе Билла, и они страшно ругались из-за того, как ведутся дела. А покупка нового самолета Уильяма просто взбесила.

– Почему?

– Он заявил, что компании с такими финансовыми проблемами нельзя просить о новом займе – так он, кажется, выразился. Боюсь, я не сильна в деловых терминах. Они очень похожи: оба здоровенные, вспыльчивые, да еще и упрямые. Они ссорятся с самого рождения Билли, – вздохнула госпожа Макнотон, обнаружив неожиданную прозорливость. – Амелии было полегче, она девочка, а Уильям девочек ни в грош не ставит. Дочь увлекается искусством, и ее почти не бывает дома. Она хотела получить собственные средства, чтобы жить в студии, но муж и слышать об этом не захотел. «Не допущу, чтобы моя дочь жила как богема!» – заявил он и не дал ей ни пенни, но она все равно записалась в художественную школу и приходит домой только ночевать. С ней нет проблем, – отрезала госпожа Макнотон и взмахнула чашкой, словно делая знак, что разговор о дочери закончен. – А вот Билл ссорится с отцом постоянно. Все ему в лицо говорит. Никогда они не поладят: кидаются друг на друга как враги! Вечно кричат. Мои нервы этого долго не вынесут. Мне уже приходилось лечиться на водах в Дэйлсфорде. Мисс Фишер, я так боюсь, что Билл в гневе… исполнит свои угрозы. Можете вы как-то помешать этому?

– Что, по-вашему, я должна сделать?

– Не знаю, – простонала госпожа Макнотон. – Чтонибудь!

Казалось, она ждала, что Фрина взмахнет волшебной палочкой. Видя, что дама на грани нервного срыва, мисс Фишер поторопилась дать согласие.

– Хорошо, я постараюсь. А где сейчас Билл?

– Должно быть, на аэродроме, мисс Фишер. Летная школа «Выше всех». У них красный ангар в Эссендоне. Вы его сразу увидите.

– Я отправлюсь туда прямо сейчас, – сказала Фрина, ставя чашку на стол. – Не волнуйтесь понапрасну, госпожа Макнотон. Полагаю «убрать» означает «убрать из совета директоров», а не «убрать из этого мира». Но я все же поговорю с Биллом.

– О, благодарю вас, мисс Фишер! – пролепетала госпожа Макнотон, нащупывая в кармане нюхательные соли.

Фрина завела «Испано-Сюизу» – предмет своей гордости и самое драгоценное имущество и погнала назад, в отель «Виндзор». Она как раз выселялась оттуда в недавно купленный дом и надеялась, что новое обиталище окажется не менее комфортабельным, чем гостиница. «Виндзор» удовлетворял Фрину по всем статьям: стиль, комфорт и обслуживание в номере. Оставив автомобиль, она взбежала по ступенькам.

– Дот, хочешь полетать на самолете? – крикнула Фрина из ванной своей бесценной и преданной служанке.

Дот, стройная миловидная девушка, попала на службу к Фрине после попытки непредумышленного убийства. Она держалась весьма консервативных взглядов: отдавала предпочтение строгим коричневым платьям и никак не решалась расстаться со своими длинными волосами. К тому же недолюбливала «Испано-Сюизу».

Перспектива болтаться высоко в поднебесье, где обитают лишь птицы да ангелы, не прельщала Дот.

Она подошла к двери ванной, держа в руках кожаную летную куртку:

– Нет, мисс, я не хочу летать на самолете.

– Ладно, бояка, а что ты делаешь днем? Хочешь поехать посмотреть или у тебя есть на примете занятие поинтереснее?

– Я охотно съезжу посмотреть, мисс, только не уговаривайте меня подниматься в воздух на одной из этих штуковин. Вот ваши бриджи и кожаная куртка. А как насчет шляпы, мисс?

– В большом сундуке должен быть летный шлем.

Фрина натянула бриджи, теплый шерстяной свитер и ботинки, затем порылась в сундуке и извлекла нечто похожее на видавшее виды кожаное ведро.

– Вот он. Бери пальто, Дот, и пошли. Нам надо съездить в Эссендон поговорить с Биллом Макнотоном.

Он владелец летной школы. Его мать вбила себе в голову, что он собирается укокошить своего папашу.

– В самом деле, мисс?

– Не знаю. Мамаша его самая нервная женщина, в какую Господь Бог когда-либо вдувал душу. А отец и сын те еще задиры. Посмотрим. Давненько я не сидела в кабине самолета!

«Испано-Сюиза» с ревом сорвалась с места. Фрина легко вывела огромный автомобиль на дорогу. Дот, как всегда в начале поездки, зажмурила глаза. Автомобиль казался таким большим, таким красным и таким вызывающим, а манера вождения Фрины – такой дерзкой и стремительной, что Дот считала: этот экипаж не предназначен для дам.

Путь до Эссендона они проделали за полчаса и в конце концов затормозили у красного ангара. Аккуратная вывеска известила их, что они добрались до «Летной школы «Выше всех». Владелец У. Макнотон».

– Вот мы и прибыли, Дот, вылезаем. Неизвестно, как пойдет разговор, так что на всякий случай держись в сторонке и будь готова к поспешному отступлению.

– Но почему, мисс?

– Понимаешь, не так-то просто придумать деликатный способ узнать у человека, не задумал ли он пришить своего отца.

– Ах, вот что! – кивнула Дот и поплотнее укуталась в синее пальто.

День выдался холодный и ясный. В самый раз для полетов, подметила про себя Фрина. Три самолетика не очень уверенно кружили в небе, управляемые еще неопытными пилотами. Более крупный скоростной двухместный самолет покачал крыльями и начал аккуратно снижаться, приземлился и плавно покатил по поросшей травой полосе.

Пилот отогнал машину на стоянку, вылез из кабины и закричал что есть мочи:

– Отличная машина! Легка в управлении, только немного тяжеловата на нос, но хорошо, что ты предупредил меня об этом, Билл. Эгей! А что это за дама?

Фрина подошла поближе, протянула руку и пожала летную перчатку пилота.

– Я Фрина Фишер. И тоже увлекаюсь полетами, но такой машины прежде не видела. Что это?

– «Фоккер», их выпускает немецкая компания.

Один из таких самолетов летал на Северный полюс, для этого его поставили на лыжи. Джек Леонард, мисс Фишер. Рад познакомиться. А это Билл Макнотон. Самолет его.

Фрина протянула руку, и та почти по локоть утонула в огромной пятерне. Госпожа Макнотон не предупредила ее, что Билл под два метра ростом и здоровенный, словно кирпичная стена.

Фрина окинула взглядом облекавший торс великана кожаный летный костюм и добралась до большого грубоватого лица:

светлые курчавые волосы, что твой херфордский бык, и пронзительные, острые глаза. Впечатление скрашивала добродушная улыбка.

– Здравствуйте, мисс Фишер. Говорите, любите полетать?

Фрину задело недоверие в его голосе. На ее счету было двести часов одиночных полетов, и она обожала выделывать в воздухе всякие лихие трюки. Нет, любительницей ее не назовешь. И Билл в этом убедится.

– Да, немного, – произнесла она невинно. – Можно мне взять одну из «Бабочек»?4

– Тогда и я с вами, мисс Фишер, – заявил Билл. – Так, для компании.

Фрина снова улыбнулась и забралась в кабину. Это был надежный биплан – отличная машина для новичков. Он мог взлетать и садиться с носового платка и обладал скоростью сваливания в шестьдесят четыре километра в час. Фрина натянула шлем и вдохнула бодрящий запах авиационного горючего и масла.

– Заводите, Джек, – скомандовала она, стараясь перекричать рев мотора. Джек Леонард крутанул винт.

«Бабочка Шелкопряд»5 покатила на своем велосипедном шасси по летному полю и взмыла в небо. Фрина больше всего любила момент взлета: ощущение, что сердце выскакивает из груди, когда сила земного притяжения ослабевает и земля отпускает самолет.

Она сделала круг над летным полем. Ей видны были «Испано-Сюиза», блестевшая словно жукскараИмеется в виду семейство легких самолетов «Moth» (в пер. с англ. – «бабочка»), которые произвели революцию в авиастроении Великобритании 1920-30-х гг.; выпускались компанией «Де Хэвилленд» («De Havilland»).

Речь идет о модели «De Havilland D. H. 60G» или «Gypsy Moth» (в пер. с англ. – «шелкопряд»).

бей, и тоненькие, будто спички, фигурки Дот и Джека Леонарда.

– Неплохой взлет, мисс Фишер! – прокричал за ее спиной Билл Макнотон. – Покажите, на что еще вы способны.

Фрина потянула на себя рычаг управления, и крошечный самолетик стал набирать высоту. Она внимательно осмотрела небо. Поблизости никого. Последний робкий ученик уже совершил посадку. Небо было свободно, безоблачно и спокойно. Она бросила взгляд через плечо и заметила самодовольную ухмылку Билла. Что ж, решила Фрина, пришла пора стереть улыбку с его физиономии, и отклонила элероны.

«Бабочка» с агонизирующим воем вошла в штопор.

Ветер ударил в лицо Фрины с такой силой, что не спасали даже летные очки, она невольно заморгала.

Фрина наступила на трос, чтобы парализовать контрольное управление из второй кабины, которым пытался воспользоваться Билл.

Падая словно лист, рассекая крыльями воздух, самолет ринулся вниз. Всем, кто наблюдал за полетом, казалось, что машина потеряла управление. Фрина, сжав зубы, выжидала, и только когда ясно увидела выражение ужаса на лице Дот, развернула самолет и заставила его, также кружась, взмыть в небо. Билл перевел дух и чертыхнулся. Фрина убедилась, что самолет снова послушен ей, и оглянувшись, одарила Билла самой очаровательной из своих улыбок.

– Ну как, умею я летать, господин Макнотон? – прокричала Фрина против ветра. И увидела, как он кивнул. Она отпустила контрольный трос и сказала: – Если вы сможете ровно вести машину на скорости восемьдесят километров в час, я покажу вам забавный трюк. – Фрина наслаждалась собственным бесстрашием.

– Хорошо, восемьдесят так восемьдесят, – согласился Билл, беря на себя управление.

– Следите, чтобы крылья все время были горизонтально, – предупредила Фрина. Самолет выровнялся и плавно полетел вперед. Фрина схватилась за распорку, вцепилась в нее и поставила одно колено на верхнее крыло. Прежде чем ошеломленный Билл успел остановить ее, мисс Фишер взобралась на крыло и преспокойно прошлась по нему, а он тем временем осторожно выравнивал самолет, чтобы компенсировать ее вес. По лицу Билла, заливая глаза, струился пот. Фрина дошла до конца крыла и повернулась, чтобы идти назад.

Она радостно подставила лицо ветру, он был не сильнее, чем при поездке на гоночном автомобиле, а поверхность крыла перетягивали распорки, в которые удобно было упирать носок ботинка. Она помахала людям на земле и медленно пошла назад, отметив, что ее пилот прекрасно держит наклон крыла.

Пусть Билл и не очень любезен, но летает как ангел, подумала она, повиснув на миг на руках в двух тысячах метров над землей, а затем спрыгнула назад в кабину.

– Отлично ведете, – крикнула она Биллу, но тот не ответил.

Фрина безупречно совершила приземление и выскочила из кабины навстречу восхищенной толпе.

– Бог мой, мисс Фишер, у вас что, совсем нет нервов? – спросил Джек Леонард, тряся ее руку. – За такое надо выпить. Пойдемте в столовую, мы примем вас в нашу команду.

Заметив, что Дот зажмурилась от страха, когда Фрина взобралась на крыло, заботливый молодой человек вызвался проводить ее до ангара и пообещал угостить чаем. Билл молча плелся следом, покачивая головой.

Джек проводил Фрину в небольшую комнату в конце ангара, где были барная стойка и несколько венских стульев. Металлические стены украшали трофеи и фотографии улыбающихся усатых воздухоплавателей. Здесь же висела мрачная картина, на которой был изображен биплан, разваливающийся на части при попытке сделать мертвую петлю.

Джек принес виски с содовой и уселся рядом, глядя на Фрину с восхищением.

– Где вы научились летать? – спросил он, когда Билл присоединился к ним с большим стаканом чистого бренди, который осушил залпом.

– В Англии, – ответила Фрина. – Я училась летать на «Бабочках». Красивые маленькие самолеты. Их можно заставить делать все что угодно.

– Понятно. Снизу казалось, что вы не больно-то управляете этим штопором, но, полагаю, вы знали что делали, верно? – восхищенно заметил Джек.

Билл хмыкнул.

– Вы прирожденный пилот, мисс Фишер. Если заподозрили, что я вам не доверяю, приношу свои извинения. У меня все нутро переворачивалось, пока вы там по крылу разгуливали. Ничего себе шуточка! Почему я прежде о вас не слышал? Не хотите сделать для нас несколько показательных полетов?

– Для кого это «нас»? – поинтересовалась Фрина и отпила из своего бокала, гадая, когда согреются ее ладони и голени.

– Для летной школы «Выше всех». Это моя компания.

– Понятно. Что ж, это возможно. Господин Леонард, могу я попросить вас поухаживать за моей служанкой? Кажется, у нее шок.

Она одарила Джека Леонарда улыбкой в сорок ватт, и тот поспешно подсел к Дот и заговорил с ней. Девушка была бледна и, казалось, пребывала в полуобморочном состоянии. Фрина воспользовалась тем, что они остались наедине, и посмотрела Биллу прямо в глаза.

– Сегодня утром я пила чай с вашей матушкой. Она хотела, чтобы я попросила вас не убивать вашего отца, – прошептала она и заметила, как здоровенная физиономия покрылась багровым румянцем.

– Что? Наглая бестия, какого черта вы суете нос в дела нашей семьи?

– Тише, тише. Не кипятитесь! Я вовсе не считаю, что вы задумали отцеубийство, а если еще раз посмеете назвать меня наглой бестией, я сломаю вам руку. – Она осторожно дотронулась до его правого запястья: – Вот эту. Научитесь сдерживать себя, а не то попадете в беду. А теперь послушайте. У вас с отцом на сегодняшний вечер назначена какая-то встреча, верно?

Здоровяк молча кивнул.

– Хорошо. Ваша мать напугана тем, как громко и сердито вы с отцом имеете обыкновение обсуждать свои дела, и всерьез опасается, что вы задумали убить старика. Почему бы не попытаться договориться миром? Разве нельзя не распаляться и обойтись без криков?

– Это не я, – буркнул Билл. – Это он. Отец прекрасно разбирается в делах, но ни черта не смыслит в самолетах – он до смерти боится подниматься в воздух, всего-то раз в жизни и пробовал – а пытается учить меня, как летать. Это меня бесит, тогда и он распаляется, и…

– …и вашей бедной матушке приходится улаживать очередную ссору, которая расшатывает ее нервы.

– А вам-то какое до всего этого дело, мисс Фишер?

– Я же вам объяснила. Ваша матушка попросила меня остановить вас, чтобы вы паче чаяния не убили своего отца. Я детектив. Не думаю, чтобы вы и впрямь решили напасть на него, но я должна что-то предпринять, чтобы отработать свой гонорар. Может, если это так необходимо, вы обсудите ваши дела где-нибудь в другом месте? – предложила она. – Например, тут.

Здесь нет никого поблизости, и ваша мать ни о чем не узнает.

– Неплохая идея. Я и не догадывался, что наши дела ее так волнуют. Амелия вечно ныла, что мамуля вздрагивает при каждом звуке, но разве можно верить Амелии?

– Почему нет?

Билл хмыкнул и, наклонившись, прошептал:

– У этой девчонки с мозгами не в порядке. Задумала стать художницей, записалась в школу при галерее и талдычит лишь о красках и свете. Я никогда не обращал на нее внимания. Она не интересуется самолетами. Но вот вы, мисс Фишер, вы – другое дело. Обещаю сделать, что смогу, – уступил Билл. – Не хочу никому доставлять огорчения.

– Очень мило с вашей стороны, – усмехнулась Фрина и перевела разговор на летную тему.

Час спустя она освободила Дот от заботливой опеки Джека Леонарда и отвезла назад в город. Фрина устала от своих подвигов и была довольна тем, что добилась от Билла обещания держать себя в руках во время встречи с отцом.

– Ты не видел Кандиду? – встревоженно спросила Молли Молдон.

Временами у нее просто руки опускались: ну как ей справиться с Кандидой и ее отцом! Молли была маленькой женщиной, вспыльчивой, но рассудительной, в ее характере явно сказывалось присутствие кельтской крови. Генри Молдон любил повторять, что темперамент его жены под стать огненному цвету ее волос.

С малышом Александром Молли управлялась без труда: он был еще слишком мал для проказ, а вот Кандида частенько обводила ее вокруг пальца. Она была честной девочкой, но, если ей это было выгодно, готова была насочинить сто верст до небес. И не скажешь, что хрупкая, подверженная приступам астмы девочка обладала недюжинной силой десятерых и непреклонной волей Аттилы Завоевателя. Этот милый любящий ангелочек едва не откусил ухо своему братику.

Кандида росла смышленой, сама выучилась читать.

Но время от времени девочка совершала такие неразумные поступки, что Молли всерьез задумывалась:

все ли в порядке у нее в головке? Родная мать Кандиды скончалась в доме для умалишенных, и Молли в приступах отчаяния порой бросала, что это дочка довела ее до такой судьбы.

Генри Молдон – высокий голубоглазый человек с обветренным лицом – поднял рассеянный взгляд от своих навигационных таблиц. Казалось, его глаза были постоянно устремлены куда-то за горизонт. Стоит ли удивляться, что по этой причине он умудрялся разбрасывать по всему Мельбурну свои ключи, бумажники, шляпы, зажигалки, а однажды и носки?

– Генри, очнись. Где Кандида?

– Да только что была здесь, – пробормотал Генри, с трудом отвлекаясь от мыслей о Южном полюсе. – Сидела тут, на полу, и читала газету. Она пришла в восторг от сокровищ Луксора, и я пообещал помочь ей построить пирамиду из кубиков, если она даст мне спокойно закончить вычисления. Вот она и сидела тихонько… Боже, целый час!.. Я и не слышал, как она ушла.

– Кандида знает, что ей запрещено покидать сад, – рассудила Молли. – Для начала надо поискать ее в доме. Поднимайся, Генри, пойдем. Что-то у меня на душе неспокойно.

В конце концов Генри полностью очнулся и тщательно обыскал первый этаж небольшого, только что приобретенного коттеджа. Деньги свалились на них так неожиданно, что он до сих пор не мог поверить в свою удачу. Большая часть вещей все еще была упакована в коробки, и не так-то много оставалось мест, где бы могла спрятаться маленькая озорница.

– Посмотри наверху, – предложила Молли.

Тут раздался звонок. Молли поспешила по коридору и распахнула дверь.

– Ты плохая, очень плохая девочка, – выпалила она, но тут обнаружила, что посетитель смотрит на нее с нескрываемым удивлением. На пороге стоял закадычный приятель ее мужа Джек Леонард.

– Эй, Молли, что стряслось? Воюете?

– Кандида пропала! – воскликнула Молли и разрыдалась. – Ну, я ей задам, когда доберусь до нее, она неделю сидеть не сможет. Джек, а ты на машине приехал?

– Ага, решил прогулять старую колымагу. Хочешь, чтобы я поискал ее?

– Да, Джек, пожалуйста. Она еще такая маленькая, я очень волнуюсь. Она ушла с час назад.

– Не грусти, старушка, эта девчонка будет посильнее… Ну, я хотел сказать, – замялся Джек Леонард, заметив, как гневно вспыхнули глаза Молли, – что она умница, эта ваша Кандида. Ничего с ней не случится.

Я ее поищу. И найду, не беспокойся. А знаешь, Генри, отличный у тебя дом! Значит, купил на… э-э… доходы, как я понимаю?

– Да, а еще новый самолет, и сделал взнос на имя детей в банк, так что теперь мои карманы пусты, как и прежде. Молли еще не успела распаковать новую мебель и вещи, а за сад и подавно никто не брался. Ладно, Молли, – поспешно добавил Генри Молдон, заметив признаки возгорания в своей огненноволосой супруге, – мы немедленно отправимся на поиски. Идем, Джек.

– Сегодня утром наблюдал забавное происшествие, – сообщил Джек Леонард, отъезжая от обочины. – Одна молоденькая девица заявилась в летную школу Билла Макнотона и так закрутила «Бабочку»!

– Они всегда крутятся, если с ними не умеешь обращаться, – рассеянно поддакнул Генри Молдон. Он тоже начал беспокоиться о Кандиде. Обычно дочка вела себя вполне разумно, но она была очень своевольна и могла бродить где угодно, если ей так вздумалось. – Так она дилетантка?

– Да нет, старик. Настоящий ас! Она во вращении опустила самолет до девяти тысяч метров, а потом взмыла вверх. Билл тем временем сидел в соседней кабине. Потом выбралась из кабины, поплясала на верхнем крыле, прошлась до самого конца и преспокойно вернулась обратно. Знаешь, что я тебе скажу, Генри: найди я такую женщину – непременно бы на ней женился. Да только она не хочет. Бедняга Билл был белым как полотно, когда мисс Фишер наконец позволила ему повести самолет на посадку. Ей-богу, он был готов посадочную полосу целовать. Да ты не слушаешь, Генри?

– Нет, – кивнул Генри. – Я ее нигде не вижу.

– Мисс Фишер?

– Кандиду! – рявкнул Генри. – Сделай-ка еще круг, Джек, и, пожалуйста, помолчи. Мне надо подумать.

Хотя у Джека Леонарда детей не было, он не обиделся и покорно повел машину по новому кругу.

Глава вторая Быть бедным и в то же время независимым – почти невозможно.

Уильям Коббет6 «Советы молодому человеку».

Фрина везла Дот по Сент-Килда-роуд со степенной скоростью тридцать километров в час.

– Ты в порядке, старушка? – громко поинтересовалась она.

Дот, съежившаяся под своим синим пальто, не ответила. Фрина затормозила перед небольшим домом на Эспланаде – это было ее новое приобретение – и выключила мотор.

– Дот! – окликнула она и потрясла служанку за плечо.

Девушка посмотрела на Фрину; она явно еще не оправилась от пережитого потрясения.

– Вы меня до смерти напугали, мисс. Когда я увидела, как вы вылезаете из кабины, то подумала… то подумала… Коббет, Уильям (1762–1835) – английский публицист и политический деятель, отстаивавший реформы в системе парламентского представительства; автор нескольких книг.

Фрина нежно обняла Дот.

– Милая Дот, не надо обо мне волноваться. Извини, что испугала тебя, дорогая моя старушка… ну же, высуши-ка глазки и выкини все глупые мысли из своей головки. Я этот трюк проделывала тысячу раз, ничегошеньки в нем нет сложного. Если в следующий раз увидишь нечто подобное – просто закрой глаза. Договорились? А теперь лучше скажи: есть у тебя ключи?

Надеюсь, что внутренняя отделка завершена и экономка уже на месте.

Дот шмыгнула носом, сунула платок в карман и извлекла ключи. Она робко улыбнулась Фрине, которая легко выскочила из кабины и уже поджидала ее у парадного входа.

Это был аккуратный небольшой городской дом, блестевший новенькой белой штукатуркой, что делало его похожим на покрытый глазурью торт. В доме было два этажа, да в придачу миленькая комнатка с окошком в мансарде, которая приглянулась Дот. До поступления на службу к Фрине у бедняжки никогда не было собственной спальни. Девушка до сих пор не могла опомниться от счастья. Комната с дверью, которую можно было запереть, место, где можно быть совсем одной и никого не пускать, если не хочешь.

Фрина отступила чуть в сторону, чтобы Дот смогла открыть ключом солидную дверь красного дерева.

Холл был темный, и Фрина, чтобы немного осветлить его, распорядилась побелить стены, на которые теперь падали цветные блики от оконного витража. Комнаты первого этажа еще не были полностью меблированы, полы здесь были покрыты простыми гладкими досками, на которых лежали замечательные турецкие ковры. Перед камином была брошена овечья шкура, на которой Фрина предполагала возлежать. Декор был выполнен в холодных зеленых тонах с позолотой, которые оттенял деревянный пол. В комнате была одна-единственная картина: портрет обнаженной девушки в полный рост; она держала кувшин из которого к ее ногам текла вода. Картина называлась «Источник», и девушка была удивительно похожа на Фрину. Дот эта картина категорически не нравилась.

– Эй! Есть тут кто-нибудь? – крикнула Фрина в глубину молчавшего дома.

На ее зов из-за бисерной занавеси появилась женщина в халате.

– Вы мисс Фишер, верно? Я госпожа Батлер. Меня прислало агентство. Господин Батлер в саду, помогает слесарю.

– Я Фрина Фишер, а это Дороти Уильямс, моя служанка и секретарь. А что не так с водопроводом? – поинтересовалась для порядка Фрина: она потратила недели на проектирование роскошной ванной и туалета в доме и была намерена добиться своего любой ценой, что бы там ни говорил слесарь. Мошенник уже и так содрал с нее вдвое больше изначально оговоренной цены, и уж она не даст ему спуску, если дом не будет полностью готов и если что-то не будет работать как полагается.

– Господин Батлер приглядывает за этим, мисс. Вот увидите, завтра утром к вашему приезду все будет налажено так, как вы хотели, – заверила ее госпожа Батлер, и в голосе женщины прозвучали металлические нотки. Что ж, если она готовит так же, как он управляется со слесарями, господин и госпожа Батлер просто находка для Фрины.

– Не хотите ли чаю, мисс? Я поставила чайник. Может, вы желаете осмотреть кухню? Там все уже прибрано.

– Да, охотно, спасибо. У нас был нелегкий денек, верно, Дот? Пожалуй, слишком много потрясений.

Фрина отодвинула рукой занавесь из бисера, и Дот прошла за ней на кухню. Она оказалась просторным помещением с выложенным красным кирпичом полом. Здесь стояла новая зеленая газовая плита на ножках, было две новенькие раковины и бойлер с постоянным подогревом. Все новые тарелки Фрины были перемыты и разложены в старинном сосновом буфете. Распахнутое окно выходило в аккуратный задний дворик, где стояла садовая мебель и рос папоротник. Презренный деревянный сортир был тщательно вымыт и выкрашен, чтобы домочадцы могли им пользоваться.

Госпожа Батлер налила кипяток в заварочный чайник и оставила его настаиваться. Фрина села на стул.

– А здесь очень даже мило. Думаете, вам здесь будет удобно, госпожа Батлер? Может быть, чего-то не хватает?

– Пока всего достаточно, мисс. Торговец приходит каждое утро, и все оборудование работает. Хорошо, что есть газовая плита. А в газовой духовке очень удобно печь хлеб, и зимой она будет согревать помещение, вот только летом с ней жарковато. И электричество горит, да и дневного света вдосталь. Через пару часов дом окончательно прогреется. Завтра все будет готово к вашему приезду, и обед будет ждать на столе. А ужинать вы собираетесь дома?

– Да, сейчас у меня не так много дел. А как вам ваша комната, госпожа Батлер? Я подумала, вы захотите привезти свои вещи.

– Да, мисс, все прекрасно. Замечательный вид на садик, и моя мебель отлично разместилась. Уверена, мы заживем здесь счастливо. Вот ваш чай, мисс.

Фрина сделала глоток и прислушалась к голосам, долетавшим из сада. Господин Батлер и слесарь отчаянно переругивались.

Фрина заметила, что Дот все еще не пришла в себя, и предложила:

– Сходи посмотри свою комнату, Дот. Погляди, как расставили мебель. Спасибо за чай, госпожа Батлер.

Полагаю, мы приедем сюда завтра, часам к одиннадцати.

Дот взбежала по лестнице на второй этаж, где была спальня Фрины, выдержанная в мшисто-зеленых тонах, и гостиная цвета морской волны. Она открыла дверь, за которой была лестница в мансарду. Ступени были выстланы коричневым войлоком; посередине лестница делала изящный изгиб.

Поскольку комнатка находилась на самом верху, там всегда было тепло, и Дот, с самого детства промерзавшая до костей, наслаждалась этим теплом.

Она сама выбрала мебель: простая кровать, гардероб, туалетный столик, умывальник с кувшином, у окна – стол и стул с мягким сиденьем. Вся обивка выдержана в любимых тонах Дот: оранжевый, бежевый и коричневый. Кровать была застелена покрывалом, сшитым из тысячи кусочков бархата, формой и цветом напоминавших осенние листья. Дот восхищенно упала на нее.

– Я увидела это покрывало на рынке и подумала, что тебе должно понравиться, – услышала она голос Фрины за своей спиной. – Вот твои ключи, Дот. Это от комнаты, а это от двери, что ведет на лестницу. У меня есть запасные, и у госпожи Батлер тоже, чтобы она могла делать уборку, но в остальном ты распоряжаешься здесь сама. Пойду-ка посмотрю на полог над своей кроватью, – сказала Фрина и удалилась, закрыв за собой дверь.

Дот потерлась щекой о бархат, а потом снова расправила его. Из всех подарков, полученных ею за короткую жизнь, – а их было не очень много, – этот самый лучший. Ее собственная комната! Никто больше не имеет права в ней распоряжаться. Она может закрыть ее на ключ и никому не открывать. Пусть ее хозяйка самовлюбленная, взбалмошная и непостоянная, не говоря уж о ее склонности пугать Дот до смерти, но она сделала Дот огромный подарок и проявила достаточно такта, удалившись и дав ей насладиться им. Девушка села на стул и стала смотреть в окно на море. Любовь к хозяйке переполняла ее сердце.

А Фрина тем временем осматривала занавеси над кроватью, которые были сшиты из черного шелка, расшитого зелеными листьями, и тускло-зеленые простыни, цвет которых прекрасно оттенял белизну ее тела. Ковер тоже был зеленым и мягким как трава, а зеркала – розовые, в рамах, увитых керамической виноградной лозой. Не хватало лишь вакхического любовника – под стать комнате.

Она улыбнулась, перебирая в уме знакомых мужчин. Никто не подходил. Ничего, кто-нибудь да объявится. Не стоит с этим торопиться, надо еще посмотреть, как к ее причудам отнесется новая прислуга. Она ведь так и не встретилась с повелителем слесарей господином Батлером.

Фрина рассудила, что Дот уже вдоволь насладилась своей комнатой, и тихо позвала:

– Дот, пошли ужинать или ты хочешь остаться? Тогда приезжай утром, поможешь мне складывать вещи.

Фрина не услышала шагов на лестнице, но голос

Дот прозвучал совсем рядом:

– Я правда могу остаться, мисс?

– Конечно. Приезжай в отель к восьми. У нас будет дел по горло.

– Конечно, мисс, – выдохнула Дот.

Фрина взяла свое пальто и покатила в город. Она позвонила своей подружке-летчице, с которой была знакома еще со школы, и пригласила ее поужинать вместе. Надо возобновить связи в авиационном мире.

Банжи Росс, бодрая молодая женщина со стрижкой под мальчишку и плечами борца, сначала работала наездником на бегах. Но, когда открылось, что она женщина, ее прогнали из конюшни. Из Банжи все равно не получилось бы жокея – она была слишком высокой и тяжелой. Но оказалось, что те самые качества, которые делали ее отличным наездником, пригодились и в авиации. У нее была быстрая реакция, сильные руки и, что особенно важно, она никогда не поддавалась панике.

– Фрина, ты ведь незнакома с Рут Ло? – спросила Банжи, усаживаясь за столик в отделанном плюшем обеденном зале отеля «Виндзор» и беспомощно разглядывая меню. – Знаешь, подруга, я не больно-то смыслю во всех этих кулинарных премудростях.

Небось, стейк и жареную картошку тут просить бессмысленно?

– Получишь ты свой стейк с картошкой, Банжи, старая перечница, – кивнула Фрина и обратилась к склонившемуся над ней официанту: – Филе миньон и картошку фри для мадам, а мне – лобстера в майонезе.

И шампанское, – добавила она, – «Вдову Клико» двадцать третьего года. Нет, я незнакома с Рут Ло, кто она такая?

– Очаровательная женщина и классный летчик. Но попала в ужасную аварию. У мужа был crise de nerfs,7 он умолял ее не летать больше. Насколько мне известно, она его послушалась. Ужасная потеря. Я слыхала, ты снова лихачила на «Бабочке»?

– Похоже, у новостей здесь длинные ноги.

– В авиационном братстве все друг друга знают. Это Нервный срыв (фр.).

и в самом деле братство – женщин-авиаторов в Мельбурне раз-два и обчелся. Но наши ряды пополняются, знаешь. У меня в классе сейчас шесть девушек, очень способных. Я всегда говорю: чтобы летать, нужны только быстрота реакции и легкая рука. Грубая сила тут ни к чему. Она-то как раз до добра не доведет.

Проблема в дороговизне. Посмотри на Билла Макнотона: потратил целое состояние на новенький «Фоккер» – и как он предполагает им распорядиться? Надумал перелететь через Южный полюс. Чокнутый.

– Я познакомилась с ним, – сообщила Фрина. Официант тем временем наполнил ее бокал.

– Правда?

– Да, он вел самолет, пока я выделывала трюки.

– Тогда ты смелее меня.

– Почему, что с ним не так?

– Грубая сила, как я и говорила. Выжимает из машины все, что может, словно знать не знает о таких вещах, как усталость металлов и предел прочности на разрыв. Видела раз, как он сломал крылья одной «Бабочке», а это требует недюжинной силы. Ты ведь знаешь, какие они великодушные, эти крошки, хотя иногда могут и заупрямиться, – да ими ребенок может управлять! Но Билл так и не понял, что нельзя все решать только напором мускулов. В этом его беда.

– Я попросила его вести самолет ровно и не давать ему заваливаться на крыло, и он все выполнил как надо.

– Что ж, не ожидала от него такого послушания. Но я бы ему не доверилась. С таким же успехом он мог послать самолет в вираж с тобой на крыле. Ты просто чудом спаслась, подруга. Дай-ка я плесну в твой бокал. Что-то ты сегодня бледненькая.

– Да, мне и в самом деле не по себе, – признала Фрина. – А что еще тебе о нем известно?

– О Билле-то? Папаша дал ему денег на эту летную школу. Но дело не больно ладится. Он паршивый учитель. Орет на учеников, пугает их до смерти и не дает ничегошеньки делать самостоятельно.

И они либо теряют навсегда интерес к полетам, либо переходят ко мне. У меня занимаются три его бывших ученика. Он их всех ни в грош не ставил, особенно мужчин. А что женщины могут летать, он вообще не верит, поэтому на них реже срывается. Конечно, молодежи не вредно время от времени получать щелчок по носу, чтобы чересчур не зазнавались. Но не ждите тогда, что они за это вам станут платить! Билл летает очертя голову – смелый, но безрассудный, вот и ломает самолеты. Хорошо еще, что он отличный механик и сам их чинит. Поговаривают, он не ладит с отцом, – неудивительно: они слишком похожи. Оба здоровенные, громогласные, самоуверенные ублюдки. А этот стейк очень хорош, – добавила Банжи, с воодушевлением разделываясь с мясом на своей тарелке.

Фрина поковыряла лобстер под майонезом и отпила шампанского. Она не могла отделаться от мрачных раздумий о Билле Макнотоне. Вмешавшись в его жизнь, она теперь чувствовала себя ответственной за него.

– А почему ты не одобряешь его затею с перелетом через Южный полюс? – спросила Фрина рассеянно.

– Слишком большой перелет, – проговорила Банжи набитым ртом. – Северный полюс тоже немаленький, но большая часть – просто лед, поэтому когда он немного подтаивает, территория, над которой надо лететь, уменьшается. А Южный полюс, как мне кажется, – земля, покрытая льдом, так что, даже если он и растает немного, расстояние не сократится. Лед опасен для авиаторов. Вспомни старину Нобиле,8 итальянца, полетевшего через Северный полюс. Все самолеты, которые посылали ему на выручку, разбивались при посадке или взлете. «Фоккер», такой, как у Макнотона, тоже был в их числе, и он сумел сделать лишь один рейс, а потом разбился, отяжелев от моНобиле, Умберто (1885–1978) – итальянский дирижаблестроитель, путешественник, генерал. В 1926 г. участвовал вместе с Р. Амундсеном в экспедиции, целью которой было не только достичь Северного полюса на дирижабле, но и перелететь Северный Ледовитый океан. Экспедиция закончилась неудачей.

розного воздуха. И ни одна машина не может взять достаточно топлива, чтобы хватило на весь перелет, это тоже задачка. Вот если бы мы могли подзаправляться прямо в воздухе! Но без работающего радио и еще парочки новейших изобретений это просто невозможно, Фрина. Это говорю тебе я, женщина, которая перелетела через Пиренеи в январе. Я знаю, что такое снег. А что мы закажем на десерт? Да, Фрина, не одолжишь ли мне какое-нибудь свое платье? Я приглашена на бал, мне там должны вручать приз за скорость, но туда нельзя заявиться в летной одежке.

Фрина вздохнула: все платья, которые она одалживала Банжи, возвращались к ней навсегда испорченными. Но она улыбнулась, предложила взять на десерт трюфели и согласилась помочь подруге. Она вспомнила свое нищенское детство: хорошо, что теперь у нее много нарядов и можно не особенно горевать, если один потеряешь. Фрина ела трюфели и размышляла о том, что бедность, каким бы тяжелым испытанием она ни была, все же дает возможность, выбравшись из нее, с особым наслаждением тратить деньги; богатым от рождения эта радость недоступна. Это также побуждает исполнять самые глупые желания. Она достала свою сумочку и протянула Банжи новенькую визитную карточку.

– «Мисс Фрина Фишер. Детектив. 221-б, Эспланада, Сент-Килда», – прочла Банжи. – Так ты заделалась частным детективом? Забавно! И как повезло с адресом!9

– Никакого везения, я просто добавила «б» к номеру 221. Я купила дом из-за номера. Обязательно приезжай меня навестить, Банжи. А теперь пошли наверх, поищем для тебя платье.

К счастью, ни одно из любимых платьев Фрины не подошло коренастой Банжи; она выбрала простую, свободного покроя артистическую тунику из темного бархата, которую Фрина приобрела под настроение и так ни разу и не надела.

– Нет, я не люблю черный цвет. Никогда она мне не нравилась, а вот тебе отлично подходит. А как насчет шляпы?

Банжи выбрала экстравагантный фетровый убор с букетом фиалок над одним ухом; она выглядела в нем сногсшибательно. Фрина не дрогнула – просто упаковала шляпу в картонку и заказала чай в номер.

– Между прочим, в той семейке есть еще и дочка

– Амелия, так, кажется, ее зовут. Она раз приходила посмотреть, как летает Билл. Артистический тип.

Неряшливая, но милая, стройная и бледная. Я предложила ей слетать со мной, так она чуть чувств не лиБанжи намекает, что знаменитый Шерлок Холмс жил по адресу Бейкер-стрит, 221-б. (Прим. пер.) шилась. Пришлось ей стул искать, – беззлобно хмыкнула Банжи. – Бедная девочка, жить с такими громилами! Они из нее всю душу вытрясли. Она сделала замечательную летную акварель. Я ничего не смыслю в искусстве, но мне кажется, она хороший художник.

Ту акварель она мне подарила, и я сразу же повесила ее на стену. Билл увидел и сказал: «Спасибо, что ты поддержала мою сестру». Словно эта картина – безделка какая. Ну, я на него напустилась и заявила, что это отличная вещь, обозвала его филистером, но к тому времени девочки уже и след простыл. Он грубиян, этот Билл. Терпеть его не могу. Что ж, дорогуша, спасибо за чай и ужин, и за наряд тоже. Обязательно навещу тебя, когда устроишься на новом месте, Шерлок, а захочется полетать – заезжай ко мне по-свойски.

Банжи умчалась, а Фрина улеглась в постель в расстроенных чувствах.

Глава третья Qu’ils mangent de la brioche.

Пусть едят пирожные.

Фраза приписывается Марии Антуанетте10 Дот пила чай с господином и госпожой Батлер. На столе были густой овощной суп, пирог с яйцами и ветчиной, яблочный пирог и крепкий домашний чай в неограниченных количествах.

– Что ж, Элси, кажется, это милый домик, и хозяйка тоже милая, – расплывшись в улыбке, заметил господин Батлер. Он-таки вышел победителем в поединке со слесарем. И теперь все, чему мисс Фишер повелела течь, с энтузиазмом текло, и даже электрические камины наверху, к которым поначалу господин Батлер отнесся с недоверием, прекрасно работали.

Дот нахмурилась. Позволительно ли в таком тоне говорить о ее госпоже?

– Она леди, – поправила мужа госпожа Батлер. – Не забывай этого, Тед. У нее родня в Англии, а отец в родстве с самим королем.

По легенде, Мария Антуанетта (1755–1793) произнесла эту фразу в первые дни Великой французской революции, когда ей сообщили, что у народа нет хлеба.

– И все же она милая девушка. Знает, чего хочет, и умеет этого добиваться. И платит за это. Например, нам.

– Видите ли, дорогуша, – обратилась госпожа Батлер к Дот, – после смерти нашего старого хозяина мы не собирались поступать на новое место. Такой был замечательный джентльмен. И тоже из хорошего рода. Он оставил нам достаточно денег, чтобы мы могли больше не работать и купить маленький домик с садиком в Ричмонде – как раз такой, о каком мы всегда мечтали. Но мы с Тедом еще не старые развалины, и нам не хотелось бросать работу. Особенно если нашлось бы хорошее место. Небольшой дом без детей, и чтобы стиркой и всякой тяжелой работой занимались другие. Мы дали свои сведения в самое престижное агентство и запросили вдвое. Мисс Фишер прислала своего поверенного, он поговорил с нами, и мы сказали ему о наших условиях. А мисс Фишер потребовала только, чтобы мы не болтали о ее личных делах, но мы и так никогда себе этого не позволяли.

Прощаясь, поверенный спросил, готовы ли мы переехать, чтобы следить за ремонтом. Ну, мы и согласились для начала поработать шесть месяцев, посмотреть, подойдем ли мы друг другу. Пока все идет как по маслу. А какова ваша история, дорогуша?

– Я работаю у нее уже три месяца, – ответила Дот. – Я попала в переплет, и она помогла мне выбраться.

Мне отказали от места, потому что сын хозяйки преследовал меня, а мисс Фишер взяла меня к себе. С тех пор как мы занялись частным сыском, у нас не было времени скучать. Единственное, что может прийтись вам не по вкусу, это необходимость подавать чай в любое время дня и ночи, если госпожа что-нибудь расследует. В остальном она очень мила, – заключила Дот, откусывая яблочный пирог. – Очень вкусно, – похвалила она.

Госпожа Батлер расплылась в улыбке. Как все отличные повара, она обожала кормить людей.

– Вы любите автомобили, господин Батлер? – поинтересовалась Дот.

– Зовите меня просто Тед. Да, люблю. А автомобиль мисс Фишер – о таком можно только мечтать!

Это «Лагонда», верно?

– «Испано-Сюиза», – поправила Дот. – Она водит как черт.

Глаза Теда вспыхнули.

– Надеюсь, она позволит мне отвозить ее в гости и на балы. Надо будет завести шоферскую кепку.

Дот размышляла, как лучше заговорить о привычке Фрины устилать свой будуар телами обнаженных юношей. Ей никак не удавалось подвести разговор к этой теме. Пусть Фрина сама это улаживает, в конце концов решила она.

– Что ж, мисс Уильямс, вода нагрелась, так что, если хотите, можете принять ванну, – объявил господин Батлер. – И эта штуковина, как ее там называют, наконец-то заработала. А я пойду чистить серебро. – С этими словами он скрылся в глубине дома.

– Зовите меня Дот. Мне надо быть в отеле к восьми, госпожа Батлер, не могли бы вы приготовить мне чтонибудь на завтрак к семи? Просто тост и чай. Спокойной ночи.

Дот поднялась по лестнице в свою собственную комнату, сполоснула лицо и руки и погрузилась в глубокий сон без сновидений на своей собственной кровати. Снаружи ревело море, выплескивая первый зимний шторм, а в доме 221-б на Эспланаде Дот спала как сурок.

Утром на завтрак была яичница с беконом. Госпожа Батлер просто не могла себе позволить выпустить из дома такую тоненькую девушку, накормив лишь тостами с чаем. Дот покинула дом с непривычным ощущением тяжести в желудке, села на трамвай и прибыла в «Виндзор» порядком продрогшей. Ветер стих, но небо затянули дождевые тучи. Девушка покрепче запахнула пальто и взбежала по ступенькам, на ходу приветливо кивнув швейцару.

– Да вы тут, похоже, промерзли до костей! – бросила она, когда тот распахнул пред ней огромную дверь.

– Пока терпимо, а вот что дальше будет! – отозвался он, многозначительно взглянув на небо. – Сегодня мисс Фишер вряд ли удастся полетать.

Когда Дот вошла в номер, Фрина как раз вывалила на постель третью охапку платьев и принялась их рассматривать.

– Вот уж не думала, что у меня столько одежды, Дот! Надо бы ее раздать. Такая коллекция!

– Что вы, они вам самой нужны, мисс. Присядьте, я пока все упакую. Выпишите чек, чтобы расплатиться по счету, а я это все мигом уберу. Кстати, швейцар уже наслышан о ваших лихачествах в воздухе. Поди про вас в газетах написали.

– Между прочим, надо пойти купить свежий номер.

Ты тут без меня справишься?

Дот кивнула. В отсутствие хозяйки ей будет даже легче. Фрина взяла чековую книжку и сумочку и пошла выпить кофе в холл, а заодно проверить каждый пункт во внушительного размера счете. Ей было жаль уезжать из «Виндзора». Здесь она весело проводила время со своим любовником Сашей из «Компании Балет-Маскарад», но теперь он вернулся во Францию. За время проживания в отеле Фрина успела вывести на чистую воду кокаиновых дельцов и помогла разоблачить известного специалиста по нелегальным абортам. Это были увлекательнейшие три месяца, но нельзя жить в отеле вечно. Она вздохнула и подлила себе еще кофе. Бутылка «Бенедиктина»? Когда она успела ее заказать?

Оставшись одна, Дот сложила всю одежду, туфли, шляпки, несметное количество нижнего белья, косметики, книг и бумаг. Она рассовала драгоценности по футлярам, закрыла их на замки и сунула ключи в карман. Потом она позвонила в колокольчик, чтобы вызвать гостиничную обслугу, и спустилась вниз посмотреть, прибыли ли Берт и Сес, которые должны были вынести багаж.

Берт вторгся в священные пределы «Виндзора» и преспокойно болтал с портье. Берт был коренастым здоровяком с кудрявыми каштановыми волосами, к нижней губе, казалось, навсегда прилипла самокрутка. Его приятель Сес, долговязый блондин, стерег страшноватого вида фургон, припаркованный у подножия парадной лестницы. Автомобили объезжали его, отчаянно гудя.

Фрина сделала три исправления в счете, заново все пересчитала, выписала чек на ошеломительную сумму и позвала управляющего. Тот подошел, сопровождаемый длинным шлейфом служащих, каждый из которых жаждал засвидетельствовать свое почтение мисс Фишер.

Берт, Сес и несколько мальчишек, желавших напоследок выслужиться, снесли вниз гору чемоданов мисс Фишер. Фрина всех щедро одарила, начав с самого младшего и дойдя до августейшей персоны управляющего. Ему она протянула внушительных размеров чаевые, которые он принял, не моргнув глазом.

– Прощайте, – сказала Фрина, протягивая ему руку. – Мне в самом деле жаль вас покидать. Большое спасибо. – Она одарила улыбкой всех обогатившихся и преисполненных благодарности и в лучах славы прошествовала из отеля.

Фрина уселась в «Испано-Сюизу» и помчала на полной скорости. В открытой машине даже шуба не спасала от пронизывающего холода. Вскоре она ловко притормозила у ворот, где ее поджидал господин Батлер. Дот предпочла совершить это путешествие в компании Берта и Сеса.

– Заезжайте сюда, мисс. Осторожнее, еще краска не высохла, – наставлял дворецкий, и Фрина ловко припарковала автомобиль.

Господин Батлер улыбнулся и любовно провел рукой по красному капоту.

– Вы, как я догадываюсь, господин Батлер? Нравится автомобиль?

– Все верно, мисс. Не машина, а настоящая красавица.

– Отлично. Попробуйте поднять верх, я что-то замерзла. Похоже, зима все же наступила. Надеюсь, вы сможете управлять этой машиной. Если хотите, можете попрактиковаться немного погодя. Только осторожнее, второй такой не сыщешь во всей Австралии. Уж и не знаю, где мы возьмем для нее запасные части.

Потороплюсь-ка я в дом, у меня ноги совершенно закоченели, – бросила Фрина на прощание и побежала по садовой дорожке к задней двери.

Стоило ей войти, как ее охватила волна теплого воздуха, пронизанная ароматами кухни. Фрина опустилась в кресло в гостиной, где в маленьком камине пылал огонь. Госпожа Батлер поспешила ей навстречу.

– Чаю, мисс? Вы не замерзли?

– Заледенела, но скоро оттаю. Пожалуй, лучше кофе, но Берт, Сес и Дот, которые везут вещи, наверняка предпочтут чай.

– Отлично, мисс. На обед котлеты и картофель в сливочном соусе. А на десерт – яблочный пирог.

Фрина кивнула и сняла туфлю. Пальцы на ногах у нее и в самом деле застыли. Она принялась их растирать, отметив про себя, что мельбурнская зима, похоже, пришла всерьез и надолго. Минут пять Фрина с благодарностью думала о том, как была права, позаботившись о каминах и прочих усовершенствованиях.

Потом раздался стук в дверь: это прибыл багаж.

Берт и Сес всегда работали вдвоем. С давних пор;

они вместе служили в армии, а потом трудились в порту и отлично сработались. Поэтому они были замечательными помощниками.

Пока ее пожитки легко и ловко поднимали по лестнице, Фрина не услышала ни единого слова или стука, кроме нескольких громких комментариев по поводу убранства ее дома.

– Спускайтесь и выпейте чаю! – крикнула Фрина, когда последний саквояж был внесен в дом, и Дот захлопнула дверцы видавшего виды фургона.

Госпожа Батлер вкатила уставленную печеньем и бутербродами тележку, на которой красовался большой чайник. Берт и Сес спустились вниз, взяли чашки и расположились на непривычно мягких креслах.

– Ну как идут дела? – поинтересовалась Фрина.

– Мы купили роскошное новое такси, – улыбнулся Берт и взял бутерброд, – и продали старую колымагу.

Дела идут нормально, мисс. А про вас тут писали в газете, видели? – добавил он, извлекая утренний выпуск «Геральд».

Фрина бросила взгляд на первую полосу. Короткий палец Берта указывал на фотографию молоденькой женщины, позирующей на верхнем крыле биплана.

Под снимком была подпись: «Досточтимая Фрина Фишер в полете». Ее взгляд скользнул ниже, и она прочла: «Господин Уильям Макнотон был найден сегодня мертвым на теннисном корте; смерть наступила от удара по голове. Полиция ведет расследование».

– О, Берт, посмотри на это, – прошептала она. Берт прочитал указанный абзац и проворчал:

– И что? Еще один буржуй сыграл в ящик. Что такого?

– Его жена – моя клиентка. Вы готовы мне помочь, если понадобится?

Берт протянул Сесу печенье, а другое взял сам.

– Ясное дело, мы с Сесом всегда готовы подсобить.

Отличное печенье.

Дот допила чай, легко взбежала вверх по лестнице и принялась распаковывать вещи. Господин Батлер, тяжело ступая, последовал за ней с ломиком для отпирания ящиков. Пока Берт вслух читал другую статью из газеты, Фрина раздумывала, не позвонить ли ей госпоже Макнотон.

– Летчик из Мельбурна выиграл в ирландской лотерее, – объявил Берт. – С ума сойти! Интересно, что этот парень станет делать с десятью тысячами фунтов стерлингов?

– В самом деле? – спросила Фрина. – А кто этот счастливчик?

– Это здесь, во вчерашней «Геральд». Генри Молдон, известный пилот, который в прошлом году выиграл воздушные гонки от Сиднея до Брисбейна, оказался победителем ирландской рождественской лотереи и получил кругленькую сумму в десять тысяч долларов. Господин Молдон отказался опровергнуть или подтвердить свой выигрыш, но его служанка Элси Скиннер призналась, что в первый понедельник января хозяева получили письмо с обратным адресом «Ирландская лотерея» и что господин и госпожа Молдон были весьма обрадованы. Господин Молдон женат уже три года на урожденной мисс Молли Хантер, дочери известного скотовода. У них один сын, Александр. Шестилетняя дочка от первого брака господина Молдона, Кандида, также живет с ними. Когда счастливчику попытались задать вопрос, как он собирается распорядиться деньгами, господин Молдон захлопнул дверь и отказался разговаривать с репортерами.

– И я его понимаю, – заметила Фрина.

– Ага, и служанке, поди, сейчас приходится подыскивать новое место, – подхватил Берт.

– Вот именно. Вы отобедаете с нами? – предложила Фрина, но Берт покачал головой.

– Надо на жизнь зарабатывать, – объяснил он мрачно, но не удержался и улыбнулся: – Дайте нам знать, если понадобится подсобить в… э-э-э… этой хлопотной работенке.

Он кивнул Сесу, и они откланялись. Фрина взяла газету и погрузилась в чтение, но от волнения не могла сосредоточиться. Как умер господин Макнотон? Арестован ли Билл? Звонить ли ей госпоже Макнотон, ведь та наверняка сейчас в истерике? Но тут ее позвала Дот; она хотела, чтобы Фрина решила, с какими платьями она расстанется. Это занятие поглотило все внимание Фрины до самого обеда, но к этому времени они с Дот не перебрали и половины гардероба.

Котлеты, картофель и горошек в сливочном соусе и яблочный пирог были великолепны, и Фрина не преминула это отметить. Она выпила две чашки кофе и лишь после этого позволила Дот увлечь себя назад в комнату. Час спустя Дот рассортировала всю хорошую одежду, а гора отвергнутых платьев высилась на полу.

Фрина встала и решительно произнесла:

– Бери что тебе приглянется, Дот. Оставшимся можешь распорядиться, как тебе вздумается. Пойду позвоню госпоже Макнотон. Давно пора было это сделать, но она наверняка в таком состоянии… Немного погодя раздался звонок в дверь, и Фрина услышала, как господин Батлер твердой поступью прошествовал через холл. Послышался звук открываемой двери, затем слабый вскрик и глухой стук. Фрина сбежала вниз по ступенькам и столкнулась с господином Батлером, который нес на руках какой-то бесформенный сверток.

– Госпожа Макнотон, мисс, – хмуро сообщил дворецкий.

– Положите ее на диван, пожалуйста, и попросите госпожу Батлер принести чаю. – Фрина сняла с дамы шляпу и подтянула на диван ее ноги. Подоспела Дот с нюхательными солями.

– Они арестовали Билла, – прошептала госпожа Макнотон и снова лишилась чувств.

Госпожа Макнотон явно не могла справиться с выпавшим ей испытанием: убитый муж и сынубийца! Лицо ее опухло от долгих рыданий, светлые волосы рассыпались по платью и жакету, которые совершенно не сочетались друг с другом. Когда Фрине наконец удалось уложить ее поудобнее, из рукава гостьи выпали три абсолютно мокрых носовых платка.

– Бедняжка, – пробормотала Фрина, – кажется, надо вызвать доктора. Разузнай, есть ли тут какой в округе. Может, господин Батлер знает? Скажите ему, что мы пришлем машину, если у него нет своего автомобиля. И попроси госпожу Батлер позвонить домой этой леди и предупредить слуг, что она у нас, пусть не волнуются. А я схожу за одеялом, – произнесла она уже в пустоту.

Фрина отыскала в шкафу с бельем мягкое серое одеяло и заботливо укутала госпожу Макнотон, которую била дрожь. Потом опустилась на новенький стул и принялась рыться в сумке посетительницы.

Там были ключи, еще куча мокрых платков, нюхательные соли, компактная пудра, ордер на обыск дома, номер телефона полицейского участка на Рассел-стрит, перьевая ручка (протекающая), визитная карточка Фрины, коробочка для визиток (перламутровая), два письма, перевязанных ленточкой, кошелек с семью фунтами и тридцатью восемью пенсами, какие-то порошки в бумажных пакетиках с надписью:

«Госпоже Макнотон: по одному порошку согласно указанию врача».

Фрина вернула на место все, кроме писем, а те осторожно открыла, сняв замысловатый бант. Она торопливо прочитала их, одним глазом следя за клиенткой, которая то и дело постанывала. По мере чтения брови Фрина взлетали все выше и выше, пока совсем не скрылись под челкой.

– Что ж, джентльмен не стесняется в выражениях, – заметила она вслух. – Но кто он? – Фрина перелистала странички страстных объяснений и нашла подпись: «Твой преданный Джеральд». Увы, Джеральду не хватило смелости написать в конце письма свое полное имя или адрес. Фрина осторожно сложила листочки по прежним линиям сгибов, убрала их в конверты и перевязала ленточкой. Итак, у госпожи Макнотон обнаружились скрытые глубины. Ее мужа зовут

– или, точнее, звали – Уильям, и она была замужем за ним многие годы. А письма написаны недавно, бумага новая и чернила совсем свежие. Компрометирующая переписка вернулась назад в сумку.

Когда Дот и господин Батлер вернулись, приведя с собой молодого доктора, они застали Фрину у камина рассеяно смотревшей на огонь.

Доктор оказался высоким и стройным, у него были курчавые волосы и темно-карие глаза. Фрина мгновенно почувствовала к нему интерес и поднялась, чтобы приветствовать его. Молодой человек сделал было шаг вперед, но запутался ногой в ковре у камина и рухнул на руки Фрине – та заботливо распахнула ему свои объятия. Прежде чем помочь гостю встать на ноги, она успела почувствовать сильные мышцы на его спине и одарила его улыбкой.

– Я Фрина Фишер, – приветливо представилась она. – А вы местный доктор?

– Да, – пробормотал очарованный юноша, краснея от смущения. – Извините. Никак не могу привыкнуть к своим длинным ногам. Надеюсь, я не ушиб вас. Я доктор Филдинг. Здесь всего несколько месяцев, недавно стал помощником доктора Дорсета.

– А я только что переехала, – сообщила Фрина. – Надеюсь, мы подружимся. Да, кстати, это госпожа Макнотон. – Она указала на распростертую бездыханную женщину, и доктор Филдинг вмиг оправился от своей неловкости.

Он взял стул и сел рядом с пациенткой, жестом велел господину Батлеру принести его саквояж и осторожно отвел взлохмаченные волосы с лица бедняжки. Потом отстегнул свои часы и принялся измерять пульс пациентки, затем убрал часы и осторожно опустил слабую горячую руку.

– Видимо, она лишилась чувств в результате ужасного потрясения, – строго заключил доктор. – Что случилось?

– Ее сына только что арестовали за убийство ее мужа, – объяснила Фрина. – Полагаю, это можно считать ужасным потрясением. Она приехала сюда в таком состоянии и лишилась чувств на пороге, упав на руки господина Батлера. Леди успела хоть что-нибудь сказать, господин Батлер?

– Нет, мисс Фишер. Только свое имя. А потом рухнула как подкошенная. Принести еще что-нибудь, доктор? – уважительно спросил дворецкий.

– Да. Не могли бы вы сходить в аптеку и принести лекарства вот по этому рецепту, – доктор Филдинг принялся деловито выписывать рецепт. – Я сделаю ей укол, он на время приведет ее в чувства, но потом больную следует поскорее уложить в постель.

– Доктор, но она живет не здесь, – запротестовала Фрина. – Ее надо отвезти назад домой. А раз мне придется расследовать это дело, то мне важно, чтобы моя клиентка хоть на короткое время пришла в себя и рассказала, что произошло, когда погиб ее муж.

Доктор Филдинг посмотрел Фрине прямо в глаза.

– Я не стану давать пациентке ничего, что может повредить, мисс Фишер.

– А я и не прошу вас делать это, господин Филдинг.

Все, что мне нужно, – это безопасное стимулирующее средство, чтобы она могла сказать мне, какая ей помощь нужна от меня. Я не могу действовать без инструкций, а дать их мне может только она. Если госпожа Макнотон сляжет с горячкой или чем-то подобным, она может оставаться без сознания в течение нескольких недель.

Доктор Филдинг сжал губы, покачал головой, еще раз сосчитал пульс, а затем наполнил шприц прозрачной жидкостью. Он сделал укол и снова сел, внимательно вглядываясь в лицо своей пациентки.

Госпожа Макнотон пошевелилась и попыталась сесть. Фрина подала ей стакан воды, и та отпила глоток.

– О, мисс Фишер, вы должны помочь мне! Они арестовали Билла.

– Я буду рада помочь вам, только успокойтесь, вдохните поглубже и расскажите мне, что произошло.

– Я пошла позвать с улицы Данни, нашу собаку. Уже темнело, и я слышала, как он воет на теннисном корте. Я пошла туда и обнаружила Уильяма, он лежал на корте, а голова… ужасно, все в крови… Я закричала, приехала полиция, они забрали Билла и теперь повесят его.

В ее голосе усиливались истерические нотки. Доктор Филдинг, чтобы успокоить женщину, положил свою большую ладонь на ее запястье. Фрина постаралась изобразить самую доверительную улыбку.

– Успокойтесь, дорогая. Я возьмусь за расследование этого дела. Сегодня же навещу Билла и сделаю все возможное, чтобы вызволить его из каталажки. А вы закройте глаза и отдохните. В нынешнем состоянии вы все равно ничем не поможете сыну. Сейчас доктор Филдинг сделает вам укол, и вы проснетесь уже у себя дома.

Доктор Филдинг ловко справился со своей ролью, и глаза пациентки постепенно утратили мученическое выражение.

– А теперь посмотрим, что мы можем сделать. Господин Батлер, как насчет лекарства?

– Я послал за ним соседского мальчишку, мисс. Я подумал, что мне лучше самому позвонить в дом госпожи Макнотон.

– Совершено верно. Застали кого-нибудь?

– Да, мисс, дочь этой дамы. Она уже выехала, чтобы забрать мать, и просила, чтобы мы подождали ее.

Она также назвала мне имя и телефон лечащего врача этой леди. Я уже позвонил ему, он хотел бы переговорить с доктором Филдингом.

Молодой врач побледнел, неловко потянулся за трубкой и едва не сбил маленький столик.

Произошел короткий разговор, из которого Фрина ничегошеньки не поняла, потом господин Филдинг повесил трубку и облегченно улыбнулся:

– Оказалось, что я все делал верно. Ее врач подтвердил, что это очень нервная особа. Что ж, пожалуй, я больше вам не нужен, мисс Фишер.

– Ах, нет, напротив, – поспешила остановить его Фрина, не желая упускать первого привлекательного молодого человека, повстречавшегося ей за последние недели. – Пожалуйста, обождите, пока приедет дочь, и проследите, чтобы отправка леди прошла нормально. Садитесь, доктор. Давайте пить чай.

Доктор Филдинг был способным практикующим врачом, но его опыт общения был весьма ограничен.

Он не смог воспротивиться Фрине, сел и принял из ее рук чашку чая.

Молли Молдон с плохо скрываемым волнением поджидала возвращения Джека Леонарда и своего мужа.

– Не нашли? – прошептала она.

Генри покачал головой.

– Она рассердилась на меня за то, что я отказалась отвести ее в кондитерский магазин. – Госпожа Молдон внезапно села. – Она поканючила немного и отстала, а это не в характере Кандиды. Кондитерский магазин!

Конечно!

Забыв снять передник и надеть шляпу, Молли Молдон промчалась по коридору и выбежала на улицу, словно участник состязаний по бегу с препятствиями. Джек и Генри переглянулись и покачали головами. Нет предела женской взбалмошности. Это всем известно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим


Похожие работы:

«* "Революция на граните. Первый майдан" 25 лет назад в Киеве состоялась студенческая акция протеста, получившая название Революция на граните. Тогда политики не выполнили полностью требований молодежи, и поэтому Украина до сих пор плати...»

«Чухаркиной И.А. РАЗРАБОТКА Чухаркиной И.А. РАЗРАБОТКА Если покинуть кабину лифта не представляется возможным, не паникуйте, закройте БЫТОВЫЕ ПОЖАРЫ нос и рот тканью, сядьте на пол и ждите помощи. Пожар в квартире Причины возникновен...»

«http://pandia.ru/text/77/496/1872807395.php ДИФФЕРЕНЦИАЦИЯ В ОБРАЗОВАНИИ. Дифференциация в образовании это создание различий между частями (например, школами, классами, группами, отдельными учениками) образовательной (под)сист...»

«Проект Профессиональный стандарт "Дирижирование" Общие положения 1. Профессиональный стандарт "Дирижирование" предназначен для 1. формирования образовательных программ, в том числе для обучения персонала на предприятиях, для...»

«УДК:621.791.16 AВТОМАТИЗАЦИЯ УЛЬТРАЗВУКОВОЙ СВАРКИ В.Н. Хмелев, Д.В. Генне, Д.С. Абраменко, С.С. Хмелев Статья посвящена разработке концепции создания ультразвуковых сварочных линий. Рассмотрены отдельные блоки и алгоритмы их функциониро...»

«Алексей Александрович Маслов Боевая добродетель. Секреты боевых искусств Китая Текст предоставлен издательством "Феникс" http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=126774 Боевая добродетель. Секреты боевых искусств Китая: Феникс; Ростов-н...»

«ЗАО "Восточно-Европейская компания" представляет тематический, интерактивный Семейный Развлекательный Центр "Динозавр и Я". Уважаемые, господа. Мы с большим удовольствием представляем на ваш суд наш проект – СРЦ "Динозаврия", который явился воплощением нашего 26 летнего опыта работы в сфере индустрии развлечений. Общая хар...»

«АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ 664025, г. Иркутск, бульвар Гагарина, 70, www.irkutsk.arbitr.ru тел. 8(395-2)24-12-96; факс 8(395-2) 24-15-99 ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Иркутск Дело № А19-11082/10-47-23 "29" мая 2012...»

«Эрл Стенли Гарднер Дело о длинноногих манекенщицах Серия "Перри Мейсон", книга 58 Текст предоставлен издательством "Эксмо" http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=123780 Дело кричащей ласточки: Эксмо; Москва; 2009 ISBN 978-5-699-37274-4 Ан...»

«Кодекс этики и служебного поведения работников (далее – Кодекс) Муниципального бюджетного дошкольного образовательного учреждения "Детский сад № 25 " городского округа город Салават Республики Башкортос...»

«ПОЛОЖЕНИЕ о проведении регионального этапа Всероссийского конкурса "Доброволец России 2017" Общие положения 1. На основании Положения о Всероссийском конкурсе 1.1 "Доброволец России-2017", утверждённом приказом Федерального агентства по делам молодёжи, в целях реализации направления государственной...»

«2 Содержание стр. Цели и задачи дисциплины (модуля) 1. Место дисциплины (модуля) в структуре ООП. 2. Требования к результатам освоения дисциплины (модуля) 3. Объем дисциплины (модуля) и виды учебной работы 4. Содержание дисципли...»

«Отделение религиоведения философского факультета МГУ имени М.В. Ломоносова кафедра Философии религии и религиоведения ПЛАН СЕМИНАРСКИХ ЗАНЯТИЙ ПО ДИСЦИПЛИНЕ "СОЦИОЛОГИЯ РЕЛИГИИ" (72 ч., два семестра) 1 СЕМЕСТР (36 ч.) ТЕМА 1. Социология рели...»

«Пояснительная записка Рабочая программа учебного предмета "Технология" составлена в соответствии с требованиями федерального компонента государстве нного стандарта общего образования и на основе авторской программы, разработанной О.А. Кожиной "Программы по технологии. Обслуживающий труд" для 5-8 классов, М., "Дрофа", 2010...»

«DL-1105A, DL-1105В, DL-1105С РУКОВОДСТВО ПО ЭКСПЛУАТАЦИИ ЭЛЕКТРИЧЕСКИЙ ЧАЙНИК ELECTRIC KETTLE УВАЖАЕМЫЙ ПОКУПАТЕЛЬ! Мы благодарим Вас за предпочтение, оказанное нашей продукции. Каждый прибор марки DELTA LUX отличается современным эргономичным дизайном и высоким качеством исполнения. Приобретая наш электрическ...»

«Елизавета Алексеевна Дворецкая Ясень и яблоня. Книга 2: Чёрный камень Эрхины Серия "Корабль во фьорде", книга 7 Текст предоставлен издательством http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=164779 Чёрный камень Эрхины: Крылов; Санкт-Петербург; 2008 ISBN 978-5-97...»

«Программа по алгебре для 7 класса общеобразовательных учреждений Пояснительная записка Общая характеристика программы Программа по алгебре составлена на основе Фундаментального ядра содержания общего образования, требований к результатам освоения образовательной программы основного об...»

«Секреты Зодиака роковые связи Странненько Сайт Вадима Аниканова Анализ гороскопов для двоих может определить, подходят люди друг другу в браке или не подходят, будете ли вы дружить или враждовать, сможете ли работать вместе или нет. Этими вопросами (и еще многими другими) заним...»

«СОГЛАСОВАНО УТВЕРЖДАЮ Председатель ППО Директор школы: _М.М.Салихов Н.И.Головина "_" _2015 года. Приказ от ""_2015 г. № _ Кодекс этики и служебного поведения работников муниципального бюджетного общеобразовательного учреждения Кромского района Орловской области "Коровье-Болотовская средняя общеобразовательная школа" Кодекс этики и служебного по...»

«Регламент проведения открытого Чемпионата Можайского района по хоккею с шайбой Дивизион "Спортсмен" сезон 2015-2016 годов Регламент проведения открытого Чемпионата Можайского района по хоккею с шайбой сезона 2015-2016 годов Дивизион "Спортсмен" I. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ Г...»

«Лев Пучков Жесткая рекогносцировка Серия "Русское Бюро", книга 1 Текст предоставлен издательством "Эксмо" http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=139884 Жесткая рекогносцировка: Эксмо; М.:; 2007 ISBN 978-5-699-20306-2 Анн...»

«Планируемые результаты освоения учебного предмета Личностные, метапредметные и предметные результаты освоения учебного предмета.Личностными результатами являются: усвоение правил индивидуального и...»























 
2017 www.kn.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.